Кержак

За полуподвальной продуктовой лавкой около деревянного забора скамья, на ней посиживает подсобник, чадит дымом. Из бокового кармана его робы наполовину торчит початая пачка папирос – убежавшие с маёвки пионеры потаскивают из неё курево. Через щель в заборе втыкают прут в гильзу папиросы и осторожно вытягивают наружу. У одного в руке скопилось уже штук пять папиросок.

– Слухай, Штырь, хватит? – настораживает другой.

– Тише, Пузырь… ешшо одну и дёру…, – шепчет бойкий.

– Почует, ноги же оторвёт?

– Не баись… Чай не впервой таскаю…

– И чё? Ни разу не попался?

– Тады без ног таскал бы, – хихикнул воришка, пацаны притаились.

Рабочий услышал шорохи, встал, посмотрел за забор – никого. Потянулся руками, тряхнул ногами, прокряхтел что-то невнятное и спустился в лавку, не думая о пропаже.

Из ближайшей арки вышли довольные воришки, увидели Кержака и Шушу, побежали вдогонку.

– Занимательно твой тятя сказывает…

– Добрый он и общительный…, – умилился Кержак.

– Кержак, ты же в нашу школу переводишься? – издали зашёл рыжий, но было понятно, что это только вступление.

– Верно. Мать сказала, после праздника пристроит…

– В девичьем классе есть Динка Юнусова… Не задирай её! – предупредил Шуша.

– Зачем мне? Уважителен я к девчонкам, задирать не собираюсь, а ты меня ради этого вытянул? – поджал Кержак.

– Наперёд баю, Динку штоб не трогал… А тебя вызвал на расклад… Слухай за?перва: повидал я вчёрась, кто твои чёботы прибрал… Рябой это… с братьями своими…

– Так-так-так… вчера почему смолчал?

– Их три брата Рябовых… Держатся, шшитай, всегда вместе, связываться с ними все чураются…

– Поколачивают что ли?

– Не без того… Слухай дале: вся Лапшиха видна с крыши моего дома как на ладони… Рябых как заметил, так сразу побёг смотреть, куда оне ворованное сносят…

– Почему они должны где-то прятать? На подволоке… на дворе ли своём не проще хранить?

– Тятя злющий по ним аки старый урядник.

Нэпмановец недобитый, всё у него по полочкам… Рябого знаешь, как вицей охаживал, когда не досчитал чего-то? Терь я проследил и знаю, в погребке над ручьём у них ныча запособлена…

– Ты, Шуша, канитель, вижу, вьёшь вокруг да около? Никак предложить что-то хочешь? Выкладывай смелее…

Шуша выдержал паузу и решился:

– К погребку можно незаметно сойти через мосток, тама, поглядь, и своё нашарпаем?.

.

– Тебе какой резон вписываться? Знакомы второй день?

– На лад скажу…, – Шуша вытянул вперёд кулак.