Нам не нужны боги

Я чувствовал себя так же, как в тот день, когда осознал, насколько властен над простыми людьми. Однако помимо прочего появилось ещё что-то, едва-едва уловимое. Что-то на самом краю сознания или прямо перед носом. Кажется, я уже испытывал подобное!

Пламя послушно потухло, а я закрыл зудящие глаза, силясь понять это новое чувство. Сквозь сомкнутые веки медленно прояснилась картинка в зелёных тонах. Всё было почти таким же, как с открытыми глазами, разница заключалась лишь в цвете и красноватых точках различной яркости.

В некоторых местах их было много, как в скоплении звёзд на ночном небе.

В стороне пятиэтажек на одном из этажей двигалась красная фигурка побольше остальных. Мне стало интересно, та ли это, о которой я думаю, и изображение перед глазами дрогнуло, изменяясь. Теперь я находился в той же комнате, что и Аня, и мог видеть, чем она занимается.

Кукла чертила на полу мелом какую-то замысловатую картинку, состоящую из слияния разных остроконечных звёзд и геометрических фигур.

Решив позже заглянуть к ней на самом деле, я обернулся к далекой фигурке Германа. Картинка снова изменилась, и я увидел спину нашего героя. И всё бы хорошо, только он резко остановился, вытащил револьвер и, развернувшись ко мне, выстрелил.

Голову обожгло болью, и я, вздрогнув, открыл веки. Вокруг меня всё так же стояла сгнившая техника, за спиной так же красовалась выжженная просека, впереди так же маячили пятиэтажки с вертолётами. Я выругался, смахнул пот со лба и отправился к Кукле, время от времени сверяясь со своим внутренним взором и злясь на дико слезившиеся глаза.

Миновав поле заброшенной техники, и немного углубившись в посёлок, где я чуть не упал в глубокую канализационную шахту, я зашёл в нужную разваленную пятиэтажку, поднялся на четвёртый этаж и вошёл в квартиру, где Кукла занималась своим творчеством.

Встретила она меня, сидя на полу, своей дурацкой улыбкой, будто давно ожидая меня к себе в гости.

– А я сначала подумала, ты настолько глуп, что попытаешься убежать, – добродушно сказала она.

– Я бы и попытался, если бы меня не держала другая глупость – любопытство, – так же добродушно произнес я, разглядывая нарисованные на полу звезды и геометрические фигуры. – Что это?

– Ты пришел сюда не ради этого, – прищурилась Кукла.

– Зришь в корень, мать. Одному мне в спину Германа нож не всадить, – сказал я и оглянулся.

– Не бойся, он не умеет, как ты, следить за себе подобными на расстоянии.