Нам не нужны боги

Кроме, может быть, того момента в прошлом, когда я связался с…

– Парень, выручи а? На еду не хватает, – сказал бомж, сидевший около входа в подземку. Я молча достал кошелёк и всунул ему десятку.

– А можешь больше, а? Что можно купить на эту бумажку? Я видел, у тебя полно денег, дружище! – с раздражением выкинул из своего смрадного рта бомж.

Ничего не ответив, я спрятал бумажник и хотел пройти мимо, но бродяга перегородил мне дорогу.

– Ты чего жлобишься? Ну, дай денег!

Я уже стал думать, как ему вмазать, и посмотрел прямо в глаза.

Маленькие, заплывшие от алкоголя, буркалы раскрылись от удивления. Через секунду он истошно заорал и, размахивая руками во все стороны, сбивая редких прохожих с ног, побежал в неизвестном направлении.

Не знаю, сколько я стоял в оцепенении, но сигарета в моей руке истлела до фильтра.

Сумасшедший. Бродяга. Бомж, чтоб его.

Или это со мной что-то не то?

Я повернул голову и увидел на стекле своё отражение. Ничего такого в нём не было.

Тьфу, пропасть!

Зазвонил телефон.

– Ты чего трубку не берёшь? – услышал я раздражённый голос.

– Кто это? – спросил я.

– Вот приехали! Серёг, ты чего? Я к тебе уже целый час пытаюсь дозвониться.

– А, это ты, Валь? – наконец-то, я вернулся с небес на землю.

– Грация! Ты что, с бодуна что ли? – спросил из динамиков телефона ироничный голос.

– Нет. Так ты по делу, или как? – спросил я.

– Да, сегодня работа отменяется. Карантин объявили, прикинь? Вроде не в школе уже, а всё равно карантин.

Эпидемия какая-то, так что сиди дома, наслаждайся жизнью или дуй ко мне, чего-нибудь сообразим.

Услышав это, я сразу же двинулся обратно домой.

– Спасибо и нет, я сегодня как-то не в настроении.

– Ну, как знаешь, – произнёс Валя.

Мы попрощались.

Только сейчас я понял, что больше всего на свете не хотел бы идти домой, к этим царапинам и дурацкой мистике. Но позвонить Вале и сказать, что я передумал, не мог. Не в моём характере это.

Неуверенность – то, что я больше всего ненавидел. Существует либо да, либо нет. Точка.

Я снова закурил и решил обдумать то, чего боялся. Ну, подумаешь царапины, мало ли кто их мог оставить? Те же хулиганы или пьянь. По себе сужу, сам в молодости любил что-нибудь нацарапать на дверях соседей, хоть это и были слова из трёх букв.

В баню эти страхи. Вот ведь бывает, от снов такое паршивое настроение!

Слева внезапно засвистел режущий ухо звук.