Мои женщины

Сидим, ковыряем палочками в костре, хорошо думаю, так и проскочить можно. Не тут-то было, вдруг кубик, таким тоненьким голоском, видимо от предвкушения дыханье сперло:

– Ну, «грузинёнок», правду говорил Тимочка, мол ты горазд соблазнять баб. И меня таки соблазнил проказник. Давай, люби – уговорил усатик, а то – Ольгу кликать начну.

Лиза, навалилась на меня всей своей массой, какой тут секс, она, как сумоист, может удавить массой. Ребра пока не трещали, но часть выпитого портвейна тут же оказалась во рту.

Надо было срочно что-то придумывать, а то полный конфуз.

Желание отсутствует полностью, эрекции не то что нет, в штанах вообще ничего не ощущается!

Вытек из-под неё как ртуть и предложил, заняться сексом, после зажигательного стриптиза. Подумалось, пока буду её раздевать или ишак заговорит, или визирь умрет. Может под медленный стринго-блюз, глядишь или резко возникнет консенсус, или Тима «отбойный молоток» сломается, или в конце концов, отстреляется. ПО любому плюс мне.

Пожамкал я несколько раз ей где-то в районе медианы под одеждой, как застывшую манную кашу, лучше бы не лез.

Воздух так и был наэлектризован Лизыным либидо, но ни Визирь, ни ишак – не дохли, да и отбойный молоток Тима, видимо, работал исправно. Лиза нетерпеливо помогала мне в стриптизе, на удивление резво оголяя капусту. Повернув ей спиной, я расстегнул лифчик, в котором её грудь, стояла, так же, как и мой консенсус, зачем был нужен этот гамак не понятно. Лучше бы, я её не раздевал. При параде, хоть была надежда, когда же она стояла голая и живот, и груди бились о колени, и все это покачивалось в такт какой-то напеваемой ею мелодии. Это был – ШОК!

Немного постояв, уже без всякой надежды, полностью раздавленный полным отсутствием эрекции на эту мощную квадратно-желатиновую женственность… сказал:

– Одевайся, кина не будет!

Визг:

– «Оля» – огласил округу.

Подошли «недовольные» Ольга с Тимом. Ольга еле передвигалась, молодо – зелено!

В общем обе девицы остались недовольными, одна от избытка, другая от недостатка!

На всю жизнь мне запомнилась фраза толстушки, когда она оделась:

– Ты, что думай, я блядь какая? У меня парень есть, моряк дальнего плавания»!

И подумалось, вот она романтика морячка и понял, что от «большой земли» никогда не оторвусь.

Маша

Шееголовые

Был вечер поздней осени, но нагретый за знойное лето Тбилиси тепло отдавал медленно, как бы нехотя. Это была моя 18-ая осень.