Дуккха

Не обрекай себя на то, чего сделать не сможешь.

– Я смогу!

– Забудь! Не губи себя. Оставь Богу. Иногда он вершит справедливость… Послушай, в жизни есть много вещей, ради которых стоит отказаться от мести. Даже священной. И ты с лихвой насладишься ими, если отпустишь прошлое.

– Я не могу. И…

– Тогда иди! – вскочив, крикнул я. – Иди! Иди и умри! А я не хочу на это смотреть. Я отказываюсь! Отказываюсь, слышишь?! Больше не хочу видеть кровь. Больше не хочу думать об этом. Не могу больше. Не могу.

Со всей силы швырнул пистолет ввысь и ринулся к машине.

Но, сделав несколько шагов, остановился. Простоял с минуту, а затем, не оборачиваясь, сказал:

– Я могу спрятать тебя.

Услышав шаги, повернулся. В двух метрах, с моим пистолетом в руках он целился мне в живот. Я медленно подошел, уткнувшись в ствол. Опустился перед ним на колени. Схватил и осторожно приподнял его руку, наводя пистолет себе в лоб. Затем сказал:

– Не хочу мучиться.

Он задержал дыхание, сжал губы и, вытянув руку, закрыл глаза.

А когда выдохнул, рука его повисла, будто сломанная, и не в силах удержать, он выронил пистолет. Заплакав, сказал: «Прости». А я подумал: «Ты не должен… не можешь просить прощения у врага».

– Спрячь меня, прошу, – выдавил он, отирая глаза.

– Это правильное решение, – произнес я, положив руку ему на плечо.

Он совладал с чувствами не сразу. Когда успокоился, я сказал:

– Теперь сделаем так, чтобы тебя забыли. Навсегда.

Он вопросительно посмотрел на меня.

– Тащи камни. Похороним тебя.

Мы соорудили рядом с могилой отца еще одну – маленькую. Прочитали молитвы, и я оставил мальчика наедине. Прощаясь, он долго стоял, склонив голову. А потом задрожал и, припав телом, обхватил камни руками, словно пытался обнять отца напоследок. Поцеловав большой камень у изголовья могилы, поднялся и, не оборачиваясь, покинул кладбище.

Уже в пути я спросил его:

– Как тебя зовут?

– Буду?… Буду?, сын Будана из могучего рода Будур!

– Я Йэрю, сын Йюру из великого рода Йэру.

Глава IV Плоть

Я точно знал, куда мы поедем после – на север. Но прежде нужно было убедить Кандуу, что мальчик мертв и ему не о чем волноваться. Усыпить бдительность, чтобы не оглядываться самим.

Взять Буду? с собой я не мог, как и приютить у себя. Дома было опасно – соседи. Даже зная, что ему грозит смерть, если кто прослышит, все равно бы разболтали. Думая, куда бы спрятать Буду?, вспомнил о саманном домике деда у подножья горы Мондур.