Иван. Пока ничего не произошло

Женщины в расцвете красоты, роскошь тяжести оформленных красивейших бёдер изумительных выразительных из-за рельефности точёных ног, осиная талия, подчёркнутая подтянутым по-женски структурой рельефа животиком, высокая большая грудь с очерченными прилегающей тканью напряжёнными сосками. Разворот изящной колонны шеи, поддерживающей умную головушку, вылепить которую мечтали бы все великие скульпторы мира. Эти глаза весело улыбнулись ему, а полные, рельефные, как будто нарисованные губы поднимались краями вверх, дразнили.

Мария вдруг сказала:

– Иван Сергеевич, так получилось, что все мои женихи-мужчины только хотели меня взять, и никто никогда не думал о том, что мне дать, для меня как человека и тем более для моей мамы. Вы – единственный, кто всё время что-то давал нужное и необходимое, и заботился обо мне и маме, ничего и никогда не пытаясь взять. Вы мне нравитесь, как мужчина, и я просто хочу вас. Это моя новая жизнь, подаренная вами. Если вы за мной немного сейчас, вечером, поухаживаете, мне будет очень приятно.

Мне сейчас очень одиноко, очень холодно… Уходить в Бездну космоса, даже зная, что мама будет под присмотром и надёжным уходом… мне экзистенциально страшно. Мне нужно просто немного тепла и внимания… сегодня.

Не знаю, сколько я молча смотрел в её бездонные, доверившиеся глаза.

– Мария, друг мой, настрой костюм в режим «свободный» из «прилегающий», всё-таки я мужчина, а в таком твоём виде, видно, как я восхищаюсь всей твоей анатомией… очаровательной.

Мария перенастроила комбинезон на свободный, раздолбаевский манер, но теперь подключилась моя память, и красоту её тела достраивала при движениях, которые натягивали ткань, облегающую выступы и изгибы тела танцующими складками и гладью облегающего натяжения, это было ещё красивее, но… спокойнее.

Настроив запрос на комплекты для группы, как он определил для себя – «супер», выделенной через тестирование на кораблике и подтверждённой тестированием на яхте, Иван закрыл врачебный отсек лечебно-диагностического центра, и мы пошли немного посидеть с Петром.

Ночь была впереди, и она обещала быть немного теплее, чем все ночи после Москвы. Хотя жизнь была насыщенной поездками, встречами, интересными девушками, но не хватало к внешней ослепительности у некоторых, которых Иван мог уверенно завоевать чего-то в душе, в сердце, а гимнастикой тел без душевного тепла заниматься не хотелось, не было даже партнёрского приятия красавиц.