Восхождение

Тогда я буду вам помогать и в дальнейшем, когда буду в этих местах.

Матвей на этом остановился и следил за племенем. Понятно, что оружие, кони, одежда были дорогими приобретением для племени. Но они сами выберут свою судьбу. Намёк на то, что можно заменить оружие и коней, эти ушлые охотники поняли сразу, а кто не понял, тем разъяснили рядом стоящие соседи.

Прошло минут пятнадцать. Вперёд вышел староста, поклонился и спросил:

– Великий по Духу, мы, всем племенем обсудив, решили, что только смерть всем этим бандитам может быть для нас лучшим выходом, то есть, второе твоё предложение.

Но как осуществить его, как только они придут в сознание, так сразу же набросятся на нас? – смущённо, сбавив тон голоса, а глаза вообще при этом потерялись в морщинках, закончил обращение староста.

– Я вам объясню порядок, как мы это будем проводить. Вы уж постарайтесь его соблюдать, ибо это не сложно. Как только всё будет готово для обмундирования бандита, вы тело, с его одеждой и оружием, подносите ко мне.

Я привожу в чувство хунхуза, он послушно одевается, берёт выделенное оружие, и вы отводите его в дом, где они будут все ночевать, а рано утором они, ничего не спрашивая, выедут на Базу, даже, без завтрака. – Голос Матвея в ответ старосте звучал ровно, сильно, в каждой интонации было повеление, не допускающее сомнения в необходимости его исполнения, которое требовало немедленного действия.

Гилири передал: – «Ты собираешься сделать то, что я думаю»?

– «Друг мой, я знаю как тебе это тяжело, но вопрос надо решать.

И решать максимально эффективно и эффектно. Ты же следишь за театром оперативных действий вокруг наших предприятий, и знаешь, во что это может вылиться для БНЭ»?

Гилири смирился с неизбежным вмешательством в мозг хунхузов, при этом не изменил ни на миллиметр своё положение за креслом Матвея, но теперь он старался только наблюдать за теми процессами, которые его друг запустил и взвалил на свои плечи.

Матвей пояснил ему: – «в полученном „инструменте“, эта ментальная возможность входит в первый десяток осваиваемых. К тому же, не из-за важности по экстренности применения по жизненным обстоятельствам для собственника „инструмента“, а по лёгкости её применения, исполнения инструментом». – Матвей замолчал, его эмоции, наполненные печалью, хорошо чувствовал Гилири, благодаря полному, мысленному контакту, развитому за время их дружбы.