Восхождение

Матвей протянул свою руку, накрыл держащую «стрелку» мягкую ладонь девушки своей. Он не почувствовал ни температуры, ни веса предмета.

– Взгляни на свой браслет! – пришло от Гилири.

Матвей задрал рукав сюртука, и обнажившийся при этом браслет, предъявил новый, только что проявившийся узор, идеально соответствующий ложу для размещения «стрелки». Лёгкий щелчок при приближении «стрелки» к браслету, подтвердил адекватность изменения и что сам браслет притянул и встроил новый элемент в себя.

Гилири, откинул капюшон, и не обращая на произведённый радостный эффект на находящихся людей вокруг, смотря в глаза Матвея, сказал:

– Это царский подарок! – по вир уже добавил, – «Людмила знает ценность такой стрелки, да, она не захотела быть убийцей ротмистра только потому, что тот влюбился в неё, ну, как она считает. Но к тебе она относится со всей полнотой чувств человеческого существа и никакие „инструменты“ в этом роли не играют. Я надеюсь, ты проанализировал местные газеты и по их датам понимаешь, что о твоей роли в свете -князя Аляскинского, здесь никто, ничего не знает».

Гилири тяжело вздохнул, проворчал: – Очень важно! – а по вир пришло: – «Ты обязан на ней жениться просто потому, что тебе не сказано повезло. Хотя за этот подарок одной женитьбы мало. Ладно, это расскажу, когда мы останемся наедине. Пока помни – это уничтожитель, и для него не имеет значения, какое количество и качество укрепления у выбранных целей».

Матвей, оправив рукав сюртука, вновь взял в руку, нежно, но быстро и уверенно, не успевшую убрать ладонь Людмилу, что привело в ужасное смятение её брата, у того даже кончики ушей покраснели, сказал:

– Я буду ценить Ваш Дар не потому, что его ценность огромна, а потому, что получил его из ваших рук.

Теперь покраснела Людмила, но свою ладонь из рук Матвея не забирала.

– И у меня к вам есть просьба, можно?

– Да, конечно, Джириш!

– Называйте теперь, всегда, меня – Матвеем!

Потом Матвей посмотрел на застывшего Александра и сказал:

– Это разрешается всем членам Вашей Семьи.

К тому же у меня есть теперь официальное соизволение от его императорского высочества на это имя. Для посторонних и в официальных случаях я продолжу оставаться – Джириш Кумар Читра Бала Рама Махараджей Тривандрам.

– … а почему лис, стал ходить в плаще, да ещё и разговаривать? – заинтересованно спросил Александр.