Проект US – RUSSIA

Увы, времена изменились, теперь по звонку сверху, а то и наверх, далеко не всегда повернёшь событие вспять. А репортаж по центральному телеканалу – это в разы почище, чем какая-нибудь социальная сеть. Это масштаб, вселенная! Это гарантированная известность на всю страну.

И журналюги из НТВ расстарались. Мало того что было сорвано открытие Парка, так они ещё и ринулись с разных ракурсов снимать провокационный транспарант и всё, что с ним было так или иначе связано: брали интервью у прохожих и разношёрстных зевак, настойчиво, с упором на негатив, интересовались личностью градоначальника и его окружением, мнением горожан о качестве городского управления – короче, делали всё, чтобы затем, в своём репортаже, вывалять город в пыли и перьях.

Сюжет с транспарантом, появившийся в тот же вечер в широком эфире в вечерней новостной программе, произвёл, как принято в таких случаях выражаться, эффект разорвавшейся бомбы. Оно и понятно: сюжеты скандального содержания во всём мире, а не только в России, пользуются особой симпатией телезрителей.

Народ смотрел репортаж разинув рты и забыв про ужин. Складывалось ощущение, будто люди впервые задумались об относительности бытия, и всем одновременно захотелось хотя бы на время оказаться на месте среднестатистического американца и пожить так, как живут в Америке. Одним словом, журналисты сумели профессионально задеть людей за живое, затронули в них самые чувствительные струны души.

Но и это ещё не всё. В тот же день в ночных новостях своё мнение по данному вопросу высказали один известный социолог, один ещё более известный политолог и два всемирно известных психиатра из клиники Сербского.

А неделю спустя, тоже в прайм-тайм, было организовано ток-шоу на тему «А вы хотели бы жить как в Америке?» Обратите внимание: не в Америке, а КАК в Америке. Помимо сотни рядовых телезрителей на него были приглашены ряд популярных политиков и депутатов Госдумы, а также, для затравки, пара записных ораторов, способных из ничего сотворить приличный скандал.

С самого начала передачи накал страстей взлетел до градуса мартенного литья. Люди шумели, размахивали кулаками, вскакивали и садились без спроса, бурно дискутировали друг с другом. По восемь человек одновременно требовали, чтобы слово дали именно им, а не соседям, ведущий то и дело терял нить управления, срывался на хрип, стараясь перекричать орущих. Выяснилось, что записных ораторов можно было и не приглашать.