Богиня забвения. Переход

 – С лукавой улыбкой незнакомец добавил: – Том, Том, впусти в дом!

– Откуда вы знаете эту считалку?

– Ее тут все знают.

Разочарование отразилось на лице Оза. Он опустил голову.

– Мой старший брат уверял, что сам ее придумал – для меня.

– Эх, обманул простодушного ребенка! Где он сам-то теперь, твой брат?

– Не знаю. Он ушел из дома, когда мне было восемь.

– А теперь тебе сколько? Лет тринадцать?

Оз еле сдержался, чтоб не крикнуть.

– Пятнадцать, – процедил он сквозь зубы.

– Так и есть, я почти угадал.

Впрочем, когда ты так строго смотришь, то выглядишь гораздо старше. Я, кстати, Чак. – Сосед протянул мальчику костлявую руку.

– Оз.

– Рад знакомству. А теперь, с твоего позволения, я бы хотел немного вздремнуть.

Чак надвинул шляпу на нос и тут же захрапел. Оз тяжело вздохнул. Все эти разговоры утомили его, но, с другой стороны, напрочь лишили сна. Мальчик долго разглядывал причудливые бусины на шляпе у Чака, тщетно пытался отвлечься от дурных мыслей. Еще он пытался всеми силами подавить чувство голода, но живот аж сводило от боли.

«Дурак, Оз, простофиля! Выбросил мешок в колодец, а еду, которую бабушка приготовила, не забрал с собой!» – корил себя мысленно мальчик. Он осмотрелся, но не увидел ни водителя Тома, ни второго мужчины в форме, так что не у кого было спросить про еду. Вдруг Оз приметил на столе печеные лепешки, завернутые в платок. Оз стал медленно продвигаться между людьми, сидящими на полу. Только он протянул руку, чтобы отломить кусочек, как кто-то грубо схватил его за запястье.

– Воровать решил? На чужое позарился? Хочешь лишить детей последнего куска хлеба?

– Извините, я не хотел, я просто очень голоден! – Оз посмотрел на мужчину с исполинскими ладонями: глаза у того блестели, как у хищника, лицо было небритым, губы – цвета крови, щеки красные, ноздри широко раздувались от негодования. Рядом с ним сидела его жена с младенцем на руках и с ужасом смотрела на мужа. Тихим шепотом она взмолилась: «Отпусти его».

– Свое иметь надо, а не воровать у других, – сказал мужчина и выпустил руку Оза.

– Мое все в мешке осталось. Мешок в колодце, – объяснил мальчик, потирая запястье.

– Ну и дурак! Зачем еду выбросил?

– Я не подумал, – виновато вымолвил Оз и добавил после паузы: – У вас ребенок грудной, он хлеб не ест.

Но мужчина только замахнулся на него кулаком и процедил сквозь зубы: «Поколочу!» Не решаясь продолжать разговор, Оз отполз обратно на свое место.