Толкователи (сборник)

Но мать не позволила ему этого, и постепенно он узнал, какой преданной и доброй женщиной была его жена. Со слезами на глазах мать делилась с ним той радостью, которую она нашла в своей Эмду, в своей любимице и подруге. Даже отец, суровый и молчаливый отставной военный, однажды сказал:

– Она была светом этого дома.

Родители благодарили сына за нее. Они говорили, что его любовь не прошла напрасно. Но что ожидало их впереди? Старость без внуков? Пустой молчаливый дом? Они не жаловались и смиренно довольствовались тем, что давала суровая тяжелая жизнь.

Но между их прошлым и будущим пролегла бездонная пропасть.

– Если хочешь, я женюсь еще раз, – сказал Тейео матери. – Может быть, у тебя уже есть на примете какая-то девушка…

Шел дождь. Серый свет дрожал на мокрых стеклах окна, и тяжелые капли стучали по кровле. Мать склонилась над своим шитьем, скрывая слезы, которые покатились по ее щекам.

– Нет, – ответила она. – Я не знаю ей замены. – И, взглянув на сына, перевела разговор на другую тему: – Как думаешь, куда тебя отправят служить?

– Не имею понятия.

– Ведь войны больше нигде нет, – добавила она мягким и ровным голосом.

– Да, нигде, – ответил Тейео.

– А будет когда-нибудь? Как ты считаешь?

Он встал, прошелся по комнате и снова сел напротив нее. Их спины были прямыми и неподвижными. Пальцы матери продолжали штопать старую одежду, а руки Тейео лежали одна на другой – так, как его учили с двухлетнего возраста.

– Я не знаю, – произнес он в ответ. – Все выглядит очень странным.

Словно не было войны на Йеове. Словно мы вообще не владели этой планетой. О восстании рабов даже не упоминают. Будто его и не случилось. Будто мы не сражались с ними в полувековой войне. Все по-новому. Все не так, как раньше. По телесети говорят, что наступила новая эра – эра мира и братства с другими мирами. Зачем же нам теперь тревожиться о Йеове? Разве мы не побратались с Гатаи, Бамбуром и Сорока государствами? Зачем нам тревожиться о своих рабах?.. Но я их не понимаю. Я не знаю, чего они хотят. Я даже не знаю, как мне жить дальше.

Его голос тоже был тихим и ровным.

– Ты не должен оставаться здесь, – сказала мать. – Во всяком случае, сейчас.

– Я думал, что дети… – произнес Тейео.

– Конечно. Когда придет время, – с улыбкой ответила она. – Ты никогда не мог сидеть спокойно больше получаса. Подожди… Подожди, и ты все поймешь.

Конечно, она была права, но то, что он видел по телесети и в городе, подтачивало его терпение и гордость.