Толкователи (сборник)

– Ты свободна и поэтому можешь быть честной, – произнес Батикам, очищая плод пини. – Не сердись на тех из нас, кто лишен всех прав на подобную роскошь.

Макил отрезал ломтик фрукта и передал его Солли.

– Он имеет вкус свободы. Узнай его. Это лишь намек, оттенок, но для нас…

– Через несколько лет ты тоже станешь свободным. Мы не потерпим ваш идиотский рабовладельческий строй. Пусть только Уэрел войдет в союз Экумены, и тогда…

– А если не войдет?

– Как это не войдет?

Батикам пожал плечами и со вздохом сказал:

– Мой дом на Йеове, и лишь там меня ожидает свобода.

– Ты прилетел с Йеове? – спросила Солли.

– Нет, я никогда не был на этой планете и, возможно, никогда не буду, – ответил он. – Какую пользу может принести там макил? Но Йеове – мой дом. Это планета моей свободы. И если бы ты знала…

Батикам сжал кулак так, что хрустнули кости. Но тут же раскрыл ладонь, словно выпуская что-то. Потом улыбнулся и отодвинул от себя тарелку.

– Мне пора возвращаться в театр, – сказал он. – Мы готовим новую программу ко Дню Прощения.

Солли провела весь день во дворце. Она настойчиво пыталась добиться разрешения на посещение правительственных рудников и огромных ферм по ту сторону гор, которые считались источником всех богатств Гатаи. Неделю назад, столкнувшись с бесконечным потоком согласительных протоколов и бюрократией Совета, она решила, что ее пустили по кругу бессмысленных встреч лишь для того, чтобы чиновники могли показать свое мужское превосходство над женщиной-дипломатом. Однако недавно один из бизнесменов намекнул ей об ужасных условиях, царивших на рудниках и фермах.

Судя по его словам, правительство скрывало там еще более грубый вид рабства, чем тот, который она видела в столице.

День прошел впустую. Она напрасно ожидала обещанных бесед, которые так и не состоялись. Старик, замещавший Сана, перепутал все даты и часы. Намеренно или по глупости он безбожно перевирал языки Вое-Део и Гатаи, создавая тем самым невыносимые ситуации с недопониманием и взаимными обидами.

«Майор» отсутствовал все утро, и его замещал какой-то солдат. Появившись во дворце, рега присоединился к Солли с мрачным и угрюмым видом. В конце концов она отказалась от дальнейших попыток и ушла домой, решив принять ванну и подготовиться к встрече с макилом.

Батикам пришел поздно вечером. В середине любовной игры с переменой поз и ролей, которые возбуждали Солли все сильнее и сильнее, его руки вдруг стали двигаться медленнее, нежно скользя по телу, как перья.