Выше звезд и другие истории

Он хотел, чтобы пациент успокоился, вернулся в свое обычное состояние самоуничижения, в котором ему не хватит духу рассказывать перед посторонним о своих сновидческих способностях. Ну или чтобы уж сорвался, чтобы повел себя как человек с явными отклонениями. Но Орр не делал ни того ни другого.

– Если бы у нас в углу не засел инспектор от ЗОС, предложил бы вам виски. Но не будем, пожалуй, превращать визит к врачу в вечеринку, а?

– Так рассказать вам сон?

– Если хотите.

– Я хоронил тела.

В большом таком рву… Я действительно работал в похоронной бригаде, когда мне было шестнадцать, когда погибли родители… Только во сне люди были голые и умерли, судя по виду, от голода. Горы трупов. Надо было похоронить всех. Я все искал вас, но не находил.

– Да, Джордж, – веско сказал Хейбер, – я в ваших снах еще не появлялся.

– Появлялись. С Кеннеди. И в виде коня.

– Ну да, на начальном этапе, – отмахнулся Хейбер. – То есть, получается, в этом сне было что-то из вашего реального опыта?

– Нет.

Я никогда никого не хоронил. Никто от чумы не умирал. Не было никакой чумы. Это все в моем воображении. Я придумал это во сне.

Черт бы побрал этого мозгляка! Совсем распоясался.

Склонив голову набок, Хейбер терпеливо, показывая нежелание перебивать, выдерживал паузу. Другого ничего не оставалось: более резкий ход мог бы вызвать у адвокатши подозрения.

– Вы сказали, что помните чуму. Но разве вы также не помните, что не было никакой чумы? Что никто не умирал от химического рака, что население просто росло и росло? Нет? Не помните? А вы, мисс Лелаш? Вы помните и то и другое?

Но тут Хейбер встал из-за стола:

– Извините, Джордж, но мисс Лелаш я втягивать не разрешаю.

Она не специалист. Отвечать с ее стороны было бы некорректно. У нас сеанс с психиатром. Она пришла, чтобы пронаблюдать за работой «Усилителя», и больше ничего. Так что извините, но нет.

Орр побледнел, кожа на скулах натянулась. Он сверлил глазами Хейбера. И молчал.

– В общем, мы зашли в тупик, и выход, увы, только один. Гордиев узел надо разрубить. Не обижайтесь, мисс Лелаш, но, как видите, дело в вас. На данном этапе этот разговор не предполагает третьего участника, даже если он не вмешивается. Лучше всего сделать перерыв. Прямо сейчас. Продолжим завтра в четыре. Хорошо, Джордж?

Орр встал, но к выходу не пошел.