Цитадель вечности. Том 2

– Но, посуди сам! Кто бы мог это делать? Ведь письмо, которое вёз Тахир-Скорпион, до адресата не дошло, следовательно – приказание в эту торговую контору «Семь дорог» не поступило.

– Письмо-то не дошло, да мы не знаем – может быть, дом братьев уже давно находится под присмотром! – не согласился Дюк. – И еще может статься, что и до этого этот некто присылал сюда свои инструкции.

Милош внимательно огляделся.

– Пытаюсь себе представить, откуда еще тут можно было бы вести скрытое наблюдение, – пояснил он.

– Это место – самое лучшее. Сейчас дождёмся темноты и увидим – зажгутся огни в окнах, или же нет.

Они помолчали.

– Сударь Милош… А как лучше – идти туда в ночи, или же при свете дня?

– Днём лучше! – без колебаний ответил ликтор. – Когда ты место не знаешь, а кто-то знает его лучше тебя – темнота плохое подспорье!

– Хорошо бы на ночь вернуться в дом мастера Курагона, не то заподозрит еще он неладное: чего мы делаем ночью в незнакомом городе, в котором мы проездом?

– Так вы и возвращайтесь: мы тут вдвоём побудем.

На постоялом дворе люди не столь любопытны. А если и любопытны, так всё равно, им сказано, что мы тут дней на пять или шесть, по делам. Вот дела и делаем.

Вскоре сгустились сумерки. В такое время в самый раз зажигать в комнатах свечи или лампы. Однако, окна дома оставались тёмными.

– Может быть, всё же дело в том, что Манор и Валид успели сюда добраться, предупредили хозяина, и они скрылись в укромное место? – предположил молчавший до сих пор магистр.

– Возможно и такое. Чего гадать? Утром пойдём и узнаем. А пока… Милош, ты считаешь, что имеет резон вам сидеть тут всю ночь?

– Может, и не имеет. Однако, думаю, лучше остаться. Иногда долгое ожидание вознаграждается, и позволяет увидеть что-нибудь заслуживающее внимания.

Дюк и Криштоф скрытно спустились с взгорка, и вышли на тропинку, по которой и пришли сюда. Она, не сворачивая, выводила прямо к первым домам городской улицы.

Было уже темно, когда они достигли дома мастера Курагона. Семейство его, по-видимому, уже легло спать, и дом был погружен во мрак, сам же хозяин стоял возле крыльца и курил большую трубку. Магистр обменялся с ним несколькими фразами по-эрогански, и товарищи прошли в свою комнату.

– Эх, не успела Норат обучить меня языку! – с сожалением произнёс Дюк, сожалея то ли об упущенных возможностях общения с местным населением, то ли о самих уроках.