Цитадель вечности. Том 2

Вокруг огня сидели четверо мужчин в изрядно поношенной одежде. На костерке кипятилась вода в котелке.

При виде Дюка с Милошем сидевшие забеспокоились. Один из них привстал, опираясь на рогатину с мощной крестовиной под наконечником.

– Мира вам и спокойствия! – окликнул Милош людей у костра.

Один из них ответил длинной фразой, из которой Дюк, сообразно приобретенным познаниям в эроганском языке, уловил, что они желают путниками того же самого, и интересуются, какими кривыми тропами их вывело к месту их скромного обиталища.

Причем сказано последнее было так, что напрашивался вывод, что, если бы эти тропы искривились чуть больше и вывели Дюка и Милоша чуть в сторону, было бы совсем хорошо.

– Так покажите нам дорогу, на которой мы больше никого не встретим, до самого города! – жизнерадостно предложил Милош.

Тот человек, который стоял, опираясь на рогатину, неторопливо подошел к путешественникам. Краем глаза Дюк видел, как один из сидевших у костра пододвинул к себе лежавший рядом с ним старинный тяжелый мушкет.

– Да оставь ты этот мушкет! Все равно даже поднять его не успеешь! – увещевал его ликтор. – Расскажите нам лучше, что в городе делается!

Человек с рогатиной, которому, при ближайшем рассмотрении можно было дать лет около шестидесяти, сплюнул в сторону и брюзгливо ответил:

– В городе ничего хорошего. А вы, я погляжу, сильно хотите попасть туда, да без подорожных грамот? Подумайте, быть может, скоро люди уже оттуда начнут разбегаться!

– А вы – уже разбежались? Или вообще тут живёте?

– Мы… Когда как.

Когда холодно – в городе, тепло

– так здесь… – уклончиво ответил их собеседник.

– Так что в городе?

– Да что? Позавчера глашатаи объявили по городу, что в Степной стороне двадцать человек померло от заразы какой-то, от которой колики в животе делаются. А Степная сторона – там лачуги, беднота живёт, неудивительно! Потом уже люди сказали, что до этого еще какой-то народ заболел, вперёд – на Рыночной стороне, потом уже – в Степной. Удивительно-то другое.

Никогда раньше о таком по городу не объявляли, никто на это внимания не обращал, и уж тем более – специально народ не волновал! А тут смотри-ка, стражу подняли, конная хоругвь в город вошла! Ну, мы от этого подальше убрались. Не потому, что хвори боимся, а потому, что суету эту лучше в чистом поле переждать.

Милош короткими фразами переводил отрывки из рассказа местного жителя.

– Конная хоругвь, говоришь, в город вошла… – пробормотал Дюк по-арджабски.