Сказания Дальних гор

 – Он меня перебил на половине фразы, что уже по местным понятиям – грубость, и сказал что- то вроде: «что долго разговаривать, не хочет отдавать – хватаем его, всё расскажет!» Ну, понятно, дальше тянуть было нельзя!

– А, ну понятно, – кивнул Тим, а перед тем, как снова занять место замыкающего в их короткой колонне, спросил еще: – а скажи, вот пропавший Крюк… Он во что был одет? Вы же искали его, наверняка знали, в чем он отправился в дорогу?

Дульф посмотрел на Тима пристально.

– А почему ты спрашиваешь, уважаемый? Ты что-то нашел? Я знаю только, что кафтан он носил… Такой старый уже, ну так в обновках у нас мало кто ходит, разве если праздник какой.

Кафтан – ну, темно-зеленый такой, вытертый весь…

– Ну, а обувь?

– Да откуда мне знать? Мы следы его видели, да. Какие следы его обувь оставляла – помню, и сейчас бы узнал, а как та обувка выглядела – не подскажу! Да зачем тебе? Или надеешься тело найти и опознание проводить, как в городе? Так вряд ли! Здесь если, скажем, человек пропадает, то скорее всего он мертв.

А трупы съедают дикие звери.

– Вместе с одеждой? Дульф усмехнулся:

– Ну, нет, конечно! Но все равно, через несколько месяцев от нее мало что остается, только ошмётки. А все же, почему спросил?

Тим немного помялся, шагая рядом с проводником, затем все же ответил:

– Да видишь ли, штука какая… Сон я сегодня видел. Как будто бы про Крюка.

– Ну так и что с того? Конечно, история эта странная, и думаешь, видимо, все время над ней, уважаемый. А много думаешь – вот и приснилось.

Что говорить, сразу, как он пропал и мы его искали – тоже всё об этом думали. Мне тоже как-то сон всю ночь снился, про то, как я его ищу.

– Не нашел? Во сне-то?

– Нет! Знаешь, как будто несколько раз вдали, в тумане, видел его фигуру, а потом она терялась!

Тим понимающе что-то промычал в ответ и дальше снова пошли молча. Одна мысль не покидала Тима: «Все правильно он говорит, только вот темно-зеленый вытертый кафтан, что был надет на человеке из сна, совпал с тем, что был на Крюке!»

Да и сон ли это был, сомневался помощник пристава, ведь сны ему обычно всегда снились черно-белые, и вспоминались потом как какие-то размытые, туманные видения, а это видение было столь четким, реальным, что он отчетливо помнил даже цвета…

Спустя некоторое время хвойный лес закончился, путники спустились с крутого склона бугра, поросшего лиственницей, в обширную низину, заросшую кустарником: лозняком, горным орешником и малиной вперемешку с ежевикой.