Ловцы чудовищ

И никогда не знаешь, что именно найдешь», – Рэю поднадоела безрезультатная погоня за неуловимой тенью.

Он все сделал правильно, приехав в этот городок, окруженный фермами, выпасами и овечьими загонами: снял номер в «Гранд Паласе» и сразу взял напрокат мотоцикл, начал объезжать окрестности, расспрашивая местных. Где-то он изображал газетчика, где-то правительственного чиновника, занимающегося компенсациями за убитых овец, на ходу придумывая легенду. Внимательно слушая все россказни и соглашаясь со всем услышанным, Рэй составлял, как он говорил, «географию», нанося на карту все точки, где порезвился таинственный кровосос, и примерные даты его появлений.

И вот тут-то и начались непонятки. «География» оказалась слишком хаотичной: вампир появлялся то здесь, то там, практически одновременно оказывался в местах достаточно удаленных друг от друга. Центр, из которого он мог бы являться, не вырисовывался. Рэя стали все чаще посещать сомнения: а был ли монстр вообще, а то, может быть, фермеры, соблазненные возможностью получить денежную компенсацию, сами забивали самых ледащих овец, инсценирую страсти по вампиру.

А если и нет, то все равно неясно, сколько эта зверюга будет стоить, и кому она вообще может понадобиться. Миллеру надоело торчать в этой занюханой гостинице, в этом убогом городишке, где с ним уже начали здороваться местные пенсионеры. А вчера одна тихая старушка попросила его починить калитку. «Похоже, я скоро пущу здесь корни, врасту в эти холмы, пропитаюсь духом бесконечного терпения, без мыслей, без перемен, без цели».

По вечерам, вернувшись после очередного объезда пустошей, он старался не спускаться в бар отеля. Иначе приходилось встречаться с остальными постояльцами, такими же охотниками за чудовищами, как и он сам: германским тандемом и совсем еще мальчишкой-шведом, только что вставшим на этот путь. Пацан никогда не упускал случая расспросить бывалых ловцов о тонкостях ремесла.

Немцы предпочитали отмалчиваться, пряча ухмылки в пивных кружках, а Миллер начинал рассказывать байки, коих набрал вдосталь по всему миру. Но поскольку удача в руки не давалась, то и болтать, делая вид, что все идет по плану, ему не хотелось. Забрав пару бутылок Белхавена из холодильника в баре, он поднимался к себе на второй этаж.

Последние три года Миллеру не везло. Все, что оставалось в загашнике, слопала охота за Лохнесским чудом.