Чужие зеркала: про людей и нелюдей

Он уже собирался распрощаться, бывай, дескать, друг, может, еще через четыре года опять увидимся, но тут Дима предложил:

– Слушай, а пошли к нам. Там Катя с Лолкой, ну Лолка с Катиного курса, они шарлотку пекут. Пошли, посидим, боевую молодость вспомним, – ему вдруг показалось: здорово, что вот так вдруг нежданно-негаданно встретил Вадима.

За ним это водилось, вдруг с кондачка, неожиданно даже для самого себя пригласить кого-то в гости. Вот, бывало, позвонит Леха, одноклассник его, приятель по двору, по детству с разбитыми коленками, а Дима его к себе и позовет.

«Да, ну ты приходи, приходи к нам. Да, меня, правда, дома не будет, я там это… Но Катенька дома… Приходи». И Катя, вырулив с кухни, из-за плеча: «С ума сошел? Сам на даче отсиживаться будешь, а я твоего Леху развлекать? С ним разговаривать-то о чем? Мне его байки, как кто-то не туда отвертку сунул и сгорел синим пламенем, одни тапки остались, уже вот где», – красноречивый жест: ребром ладони по шее.

Но то Леха, простой, как зубило, электрик с железной дороги… А это же Вадим, его приятель.

И почему бывший, вовсе не бывший. И хорошо, что он живет рядом, они могли бы ходить в гости. У него жена веселая такая, глаза нараспашку, песни поет. Раньше Дима к ним в гости захаживал, еще до того, как Катя у него появилась.

А то, что он себе про Катеньку и Вадима напридумывал, это все бред, ничего у них не было, и не могло быть.

– Пошли, пошли, заодно банки дотащить поможешь, я уже задолбался с ними.

Забавный поворот получается, думал Вадим, таща за Димой одну из его неподъемных сумок, угораздило же, я что теперь, друг дома у них, «милый друг», прям по Мопасану.

– Димыч, погодь, – остановился у гастронома, – я хоть вина куплю, а то что с пустыми руками-то.

– Да не надо, брось, у нас есть, наверное.

Но Вадим уже поставил свою ношу наземь:

– Обожди, – и скрылся в магазине.

Минут через пятнадцать он выскочил с объемным пакетом в руках.

– Не поверишь, Димка, у вас тут вино французское за дешево.

Я взял, во, смотри, – он раскрыл пакет, сунул приятелю под нос.

Кроме двух бутылок там еще был виноград, мелкий, желтый, даже на вид сладкий. Плотно подогнанные друг к другу ягодки, настолько полны медовым солнечным теплом, что вот-вот лопнут. Еще торт «Мозаика» и что-то неопределяемое, то ли сыр, то ли колбаса в нарезке. Диме стало как-то неловко, что Вадим сильно потратился, вроде получается, он его пригласил, а тот их угощать будет.