Кто убил Влада Листьева?

В России вечно стоят два вопроса: «Кто виноват и что делать?» Миллионы людей пытаются ответить на них, и ответы эти – толковые, в точку, но вопросы от того, что найден ответ, не исчезают, они оказались неистребимыми, они то там, то тут поднимаются вновь. Кто виноват и что делать?

– Есть у меня на этот счет кое-какие соображения, – сказал генеральный прокурор и сделал ладонью в воздухе сложный пируэт, будто что-то нарисовал.

– Вот-вот. Представьте мне эти соображения, – в голосе президента появились дребезжащие старческие нотки.

В голове у генерального прокурора неожиданно возник счастливый звон – он был рад тому, что уцелел, что в голосе президента появились ворчливые «добавления», а это означает – гроза прошла, никто его не тронет, кресла своего, несмотря на многократные прокатывания в Совете Федерации, он не лишится.

– Я сделаю все, что от меня зависит, – с воодушевлением воскликнул генеральный прокурор, – все раскопаю! И виновных найду, и… – Он хотел было сказать «невиновных тоже», но вовремя остановился – буквально споткнулся на слове.

Проницательный президент понимающе кивнул.

– Невиновных не надо, – произнес он, словно прочитал мысли, роившиеся в голове генерального прокурора, усмехнулся устало и сделал рукой милостивый жест. – Идите! Завтра – ко мне на доклад. Докладывать о том, как расследуется это дело, будете постоянно. Понятно?

– Понятно! – прежним воодушевленно счастливым голосом произнес генеральный прокурор.

Генеральный прокурор относился к категории уязвимых людей. В его прошлом не было ни особых взлетов, ни блестящих мигов жизни, которые потом становятся биографией, не было ни званий, ни степеней. Максимум чего он добился – должности заместителя заведующего отделом в Генеральной прокуратуре СССР. Но это было при старой власти, а то, что было при старой власти, сейчас ставится в упрек – все без исключения. Поэтому хорошо, что при старой власти он ничего, собственно, и не добился – свое он возьмет при новой власти.

Он вновь засунул за воротник рубашки палец, резко оттянул – ткань затрещала, но не порвалась. Отсутствие биографии угнетало его. Как угнетало и звание мастера спорта, полученного на борцовском ковре. Он считал, что генеральный прокурор должен быть похож на чеховского интеллигента – утонченного, остроумного, независимого.