Живые связи

Я всего лишь маленькая деревяшка, не способная справиться с напором быстрой воды. Но… не за горами время, когда я расправлю парус и поймаю ветер. И он понесет меня совсем в другую сторону.

Глава 6. Откровенности в столовой.

Тиран встал и подал руку мне. Я тоже поднялась, вцепилась в рукав его пиджака, после чего мы отправились в столовую столь чинно, словно вовсе не семенили туда по пять раз на дню в голодном предвкушении. А кое кто еще и по ночам, судя по подозрительному хрусту и торопливым шагам, которые я слышала, тайно спускаясь в Лабораторию.

Мы вошли в столовую, где был красиво накрыт длиннющий стол… исключительно для двоих. Я вздохнула с облегчением, усевшись на противоположную сторону от Ратмира, и мы скосили шеи, пытливо стараясь разглядеть друг друга за высокими фруктовницами.

– Для кого это? – вытаращила глаза я, понимая что предложенное невозможно съесть и за несколько дней.

– Для нас, – невнятно донеслось с той стороны стола, хрустнули овощи. Расстройством аппетита мой новоиспеченный муж не страдал.

– А где… Бород… Файн? И Эст? – встревожилась я.

– У них много задач по подготовке праздника, – развел Ратмир руками, сжимая багряную салфетку в левой руке.

Так и подмывало задать вопрос по поводу праздника, но меня беспокоило другое. Переступив через неприятие к бывшему жениху, я вздохнула и поднялась с места.

– Кусок в горло не лезет… – пожаловалась я и прокашлялась. – Давайте я перевяжу Вам руку. Не знаю, что на меня нашло…

На той стороне стола стих хруст.

– Если это будет избавлять тебя от обиды, можешь повторить это снова, – усмехнулся избранник. Его брови взметнулись вверх, делая лицо открытым и искренним. – Алёна, давай на ты? По-моему, давно пора.

– Хорошо, – я опустила глаза и неуклюже попятилась к двери. – Я все-таки схожу за бинтом.

Лабораторный шкаф пестрил цветными склянками. Взгляд выцепил вату, бинт и лечебный окислитель. Вернувшись обратно, я встала рядом с Ратмиром, игнорируя насмешливый взгляд и старательно отводя в сторону глаза, меня мутило от вида липкой застывающей крови, разводами раскрасившей ладонь и атласный платок, который он сжимал.

Я открыла было рот, чтобы предложить Ратмиру самому заняться процедурой… но внутри неприятно скребло чувство вины. Выдохнув, я упрямо намочила вату окислителем и, стараясь не приближаться слишком близко, на расстоянии вытянутой руки торопливо стерла красные пятна. Развернула бинт и суетливо перемотала кисть, завязала кончики.