Реки текут к морю. Книга I. Курс лечения несчастной любви

Остановилась в темном сыром проходе между стеной и кустами сирени, черными, практически уже облетевшими.

– Пока. Спасибо, что проводил.

Махнула рукой. Он поймал ее ладонь, притянул к себе и быстро поцеловал. Так быстро, что она не успела отпрянуть. Напряглась, уперевшись свободной рукой ему в грудь, и тут же обмякла, перестала сопротивляться, сама потянулась, отдавая свои губы: «на, пожалуйста, мне не жалко». Они целовались долго, Лизе казалось очень долго, вечность, до звона в ушах, до легкой щекотки в горле.

Он делал это умело. Главное, он делал это так, как ей нравилось. Тот невеликий опыт, что она приобрела в этом деле раньше, когда еще была студенткой, был не слишком успешным. То ли партнеры ее сами толком не умели целоваться, а оказалось, это тоже нужно уметь, то ли просто не нравилось им, или жалко было время терять на пустяки, надо по-быстрому к главной фазе переходить.

Наконец, насытились, отпрянули друг от друга, задохнувшись. Но совсем он ее не отпустил, по-прежнему сжимал ее правую ладонь.

– А как же Женя?

– Что Женя? – не поняла Лиза, «Женя? При чем здесь Женя?»

– Женя, твой друг?

– А-а, – Лиза смотрела на него снизу-вверх, но сейчас ей показалось, будто наоборот сверху, – Женя – да. Это подруга моя, мы работаем вместе. Она не будет против.

Лиза засмеялась. И он тоже. И поцеловал ее ладошку. И ушел. А она полетела домой. И крылья ее были легки и прозрачны, и осыпалась с них волшебная золотая пыльца.

***

– Я поеду одна!

– Ты с ума сошла, Лизок. Куда ты поедешь одна? Зачем? Ленуся поедет с тобой.

Подожди неделю. Всего одну неделю, семь дней, – бабушка настаивала.

Она артистически выдерживала паузы, она расставляла ударения: «КУДА ты поедешь одна? ЗАЧЕМ?» Бабушка была неумолима. Как Судьба. «Та-та-та-та-а-ам…».

– Она сдаст свои дела на базе и поедет с тобой. Ее уже отпустили. Тебе же все равно, когда ехать.

– Я поеду одна!

– Может ты с Игорем собралась ехать? Тогда так и скажи.

– Я… поеду… одна!

– Эля, ты же мать! Скажи ей! И где твой муж? Позови его.

Что он там в комнате сидит? Пусть скажет ей. Она поедет с Ленусей!

Лиза сидела на кухне за столом, в самом углу. Вырваться оттуда она не могла, выход перегораживали своими телами мать и бабка. Они взывали к ней. Они воздевали руки. Они поднимали очи горе?. Это была высокая трагедия. «Электра». Представление длилось уже двадцать минут и готово было перейти в стадию «У меня давление разыгралось. Где тонометр? Господи, я этого не вынесу.