Реки текут к морю. Книга I. Курс лечения несчастной любви

Борис Семенович очень толково все ей объяснил, как держать эту штуку, которая кий, куда смотреть, как пальцы ставить. Она ударила. Шарик выскочил через борт, с грохотом рухнул на пол.

– Ну вот видите. Я же говорила, не умею.

– Давайте еще раз. Получится, я уверен. Не боги горшки обжигали.

И правда, стало получаться. И даже один шар ей удалось закатить в эту тряпочную сеточку в углу стола. И тогда Лиза почувствовала азарт. А еще ей понравилось смотреть на них. На этих стариков. Нет, ну не то, чтобы совсем стариков, особенно она, но… Да, не важно.

Они были так предупредительны друг к другу: «Боренька, может окно прикрыть? Дует. У тебя же еще вчера горло болело», «Людочка, я принесу тебе палантин? Нет? Не холодно?» Это выглядело трогательно.

«Они прожили вместе, рядом, бок о бок огромное количество лет, притерлись друг к другу. Давным-давно они страстно любили друг друга, может им пришлось преодолеть какие-нибудь трудности, разлуку… Теперь их любовь выплавилась в обоюдную нежность.

Лебединую. Мне бы так, много-много лет, целую вечность… рядом…» – в груди заворочалось, заскребло лапками, заскулило брошенным щенком горе – «у меня так не будет… никогда… Игорь, Игорь, Игорек, прощай…»

На следующее утро на завтраке Бориса Семеновича не было, Людмила Георгиевна сидела за столиком одна.

– Доброе утро, Елизавета. Присаживайтесь.

– Здравствуйте. А где Борис Семенович?

– А он уехал. С утра пораньше.

– Как уехал? Куда? Что случилось?

Лиза опешила: уехал куда-то без своей Людочки, вот дела.

Глядя в ее удивленно вытаращенные глаза, Людмила Георгиевна рассмеялась:

– Домой уехал. К себе в Тверь.

Помолчала, еще посмотрела на Лизу, кивнула самой себе, будто поняла что-то, и добавила:

– Вы видимо решили, что мы – пара, супруги или любовники. Ничего подобного. Просто приятели. Познакомились здесь в «Соснах» четыре года назад. И с тех пор приезжаем сюда примерно в одно время, списываемся, согласовываем свои варианты и вперед. Еще парочка друзей у нас есть из Москвы.

Только они нынче еще раньше уехали. Я одна осталась.

«Вот те на», – думала Лиза. Она сидела, опустив лицо пониже в тарелку, чтобы не видно было как она покраснела. «А я-то понапридумывала с три короба: страсть, разлука, Ромео и Джульетта, песня лебединая… Дура набитая. Господи, до чего неудобно получилось».

Людмила Георгиевна не то, чтобы шефство над Лизой взяла, но снабдила ее кучей полезных советов для санаторной жизни.