Две карты

Хотя, как оказалось, не все начали рьяно придерживаться кастового неравенства. Двое впереди сидящих, видимо, почувствовав, что добыча уходит, попытались возмутиться. Но, заметив благосклонный взгляд человечка-без-ауры, Раймон протянул тому свою карточку, спешно вспоминая все, чему учили на условно пересказанных Руи байкерских курсах общения с правоохранителями. Оказалось, что вечера возле байка он проводил не зря, и карточку приняли, а наручники с Кайги сняли, тут же заменив широким браслетом с наростами кнопочек.

Аэрокар ловко пропетлял по улицам, позволив Раймону лениво и задумчиво повертеть в руках странный пульт управления, программу которого также поместили в его телефон. В который раз убедившись, что обидно слабее Кайги, который вырубился сразу после освобождения, он с трудом затащил его в квартиру и уселся рядом на кровать, возясь с браслетом. Лишь зелёное свечение ненадолго отвлекло его:

– Что там у тебя? – приглушенно раздался голос Руи. В очередной раз нарвался на гнев родителей, видимо.

– Всё нормально. Кайгу забрал.

– Никто не мешался?

– Пытались, – он кровожадно улыбнулся и готов был поспорить, что будь телефон с проекцией, увидел бы точную копию своей ухмылки.

Следующее утро началось так же, как предыдущее. Продираясь сквозь вязкое чувство дежавю и сонливость, набросившуюся с рассветом, Раймон добрёл до двери, за которой, как и до этого, обнаружился тот же человек с белой аурой, протягивающий новый конверт.

– Второй аукцион ауры состоится сегодня в восемь вечера, – приветливо сказал он.

– Подождите. Можно вас спросить?

Человек кивнул и после некоторого колебания прошёл в комнату, где спал Кайга.      Раймон указал ему на браслет, так и не подвергшийся отделению от руки спящего.

– Я могу его снять?

– Нет. Точнее, это небезопасно. «Красный» без браслета снова будет пойман и продан. Если сам «красный» попытается избавиться от него, электромагнитная волна лишит его подвижности.

– Кто это вообще придумал?

Человек сочувствующе улыбнулся.

– Вы опоздали на аукцион, ведь так? – дождавшись кивка, человек продолжил. – В таком случае я должен сказать вам, что «красные» теперь полноправными гражданами не являются. Этот человек принадлежит вам. Вы можете использовать его, как пожелаете и продать, когда пожелаете. Он не имеет права ослушаться вас или уйти. Те, кто не согласны с этими правилами, устраняются.

– То есть? Их убивают?

Раймону показалось, что он впал в ступор.