Непрощённые

– Так мы ничего не найдем, – сказала Рани, когда очередная испуганная женщина просто захлопнула перед ними дверь. – Надо найти кто тут у них за старшего. – Ищи самый добротный дом.

– Они тут все одинаково убоги, – пробормотал Ри. – Хотя вон тот, на взгорке смотрится покрепче остальных.

Рани посмотрела в ту сторону, куда указал маг. Действительно, дом из толстых бревен, стоящий чуть поодаль на пригорке, казался и побольше и поухоженнее остальных. Вокруг него одного имелось какое то подобие забора, а крыша была покрыта не дранкой, а бурой черепицей.

– Вот и иди туда, – Рани махнула рукой. – Я тут гость не особо желанный. Сам поговори, справишься?

Маг криво улыбнулся и, спешившись, побрел в сторону дома.

Рани тоже слезла с лошади и присела на лежащее вдоль дороги полусгнившее бревно. Солнце пригревало лицо шенны, в селении было тихо, только неподалеку изредка взлаивала собака. Не хотелось ни о чем думать, да даже двигаться не хотелось. Сказывалась, видимо, усталость, и голод подгрызал брюхо изнутри, лишая сил.

Но впервые со дня, когда ее пленили, Рани чувствовала, что наконец-то делает что-то правильное, идет вперед, а не топчется на месте. Пусть иллюзорная, но свобода передвигаться куда-то, ехать в новые места не могла не придать уверенности в себе и помочь поверить в то, что все непременно получится. И может быть снова стать свободной по-настоящему. Она привычно подцепила пальцами край ошейника. Теперь, спустя столько лет, он казался частью ее самой, и, Рани напоминала себе об этом знаке рабства только когда трогала витой обруч у себя на шее. Напоминала нарочно, чтобы не забыть окончательно.

– Мне продали немного хлеба и сыр, – сказал Ри, садясь с шенной рядом. – Задорого, надо сказать, продали.

Рани пожала плечами. Не в их положении сейчас торговаться. Главное – дотянуть до Тертона. Раздобыл – и прекрасно.

– Ну вот и ты что-то можешь, – небрежно бросила она, прожевывая довольно черствый хлеб.

Ри невесело усмехнулся.

– О, да. Могу попробовать в дальнейшем стать торговцем.

Буду заговаривать покупателей до одури заумными речами.

Рани поперхнулась от удивления кусочком хлеба и закашлялась. Маг изволил пошутить. Ну да, все лучше, чем отмалчиваться и упиваться жалостью к себе.

Наскоро перекусив, они двинулись дальше. Ехали без остановок, до тех пор, пока на небе не расцвел удивительно яркий для этой поры закат. Сразу похолодало, от травы повеяло сыростью, глубокие тени залегли под деревьями.