Непрощённые

Одним прыжком Мэйр вынырнул из кустов и почти проехав брюхом по земле влетел между задних лап бончака, одновременно переворачиваясь на спину, чтобы одним ударом когтей распороть незащищенный мягкий живот. Нет ничего страшнее продольного удара задних лап огненного кота. Удара с оттягом, рвущего плоть кровавыми бороздами.

Бончак взвыл, на морду Мэйра хлынула обжигающая кровь, запах вскрытого нутра сводил с ума. Это и подвело шенни. Он чуть замешкался, когда выскальзывал из под живота зверя, и чудовищные клыки бончака успели таки рвануть ему загривок.

Мэйр зашипел и откатился в сторону, глядя как бьется в агонии бончак.

Из под повозки на все это действо смотрели онемевшие в ужасе селяне. Для них-то просто два опасных зверя сцепились за добычу, и вот-вот победитель примется и за людей.

– Эгей! – совсем рядом раздался басистый оклик и послышался тяжелый конский топот. – Что тут за тьма творится?!

Морду заливала кровь и, вздрагивая от боли, Мэйр попытался разглядеть кого еще принесло на эту обычно пустующую и вполне мирную дорогу.

С людей станется от страха пришибить и другого зверя, тем более раненого.

Но запах он узнал. Тино – трактирщик, из бывших воинов, героев Большой войны. Получив награду за доблестную службу, он отчего то осел в тихом Дримгоре и выкупил старый трактир. Раздобрел, отрастил пузо, повесил над очагом свой знаменитый длинный лук. Не сказать, что вложение в заведение было успешным, но зато давало самому Тино возможность выпивать с гостями, зачастую за свой же счет, и травить байки о войне.

В байках он был мастером непревзойденным и умел красиво вплести цветастый вымысел в жестокую правду. Война в его историях была и страшна и доблестна, но главное – исполнена самого светлого смысла, за который и помереть не зазорно.

Человек, однако, он был разумный и не склонный принимать поспешные решения.

Мэйр перешел, торопясь, пока не взялись за оглобли – убивать окровавленное чудище. Пошатнулся и осел на колени, так и остался пока сидеть в пыли.

– Вот так явление, – буркнул Тино, слезая с серого ладного мерина. – Ээрмэйр Резчик спасает невинных селян от… кого там?

Он наклонился над телом бончака и присвистнул. Поддел носком стоптанного сапога свисающий над пастью окровавленный брыль, обнажая чудовищные желтоватые клыки, сморщил нос от тяжелого запаха выползших дымящихся кишок. Потом бросил быстрый взгляд на Мэйра, ловко зашел сбоку, оценивая рану на загривке.