Зеркало Елены Троянской

– Болен? Простите, доктор, я не посягаю на врачебную тайну, которую вы обязаны хранить именем Гиппократа; но как официальное лицо я хотел бы задать вам пару вопросов.

– Ну что же, если так… Мы можем поговорить здесь. А леди?..

– Мисс Райт – стенографистка. Новое введение Уголовного департамента, – буркнул Суон, всем своим видом демонстрируя недовольство подобным нововведением. – Я хотел задать несколько вопросов, касающихся вашего пациента…

– Ну что же.

Ума не приложу, каким образом лорд Карниваль может быть вовлечён в какое-то уголовное дело, но я слушаю вас.

– Я могу узнать, когда заболел лорд Карниваль?

– Он давно болен, старший инспектор. В его болезни нет ничего тайного, у него туберкулёз. Самое ужасное, что он долгое время пренебрегал лечением, хотя мы могли бы значительно облегчить его состояние. Теперь у него обострение.

– Но когда ему стало хуже?

– За мной прислали вчера рано утром.

У лорда началось горловое кровотечение, и он был крайне слаб.

– Утром? Но накануне вечером он ещё был у графа Бёрлингтона?

– Да, и это была его роковая ошибка. Ему не следовало выезжать, тем более в такую ужасную погоду. Я предупреждал его, но его светлость вообще не склонен слушать кого бы то ни было.

– Что ж, благодарю вас, доктор. вы очень любезны. А кто был рядом с лордом, когда вас вызвали?

– Его секретарь. У его светлости нет семьи.

С секретарём также удалось поговорить. Он производил впечатление человека ответственного, подчёркнуто медленно отвечал на вопросы, с сомнением поглядывая на мисс Райт, чтобы удостовериться, что та успевает заносить его ответы в блокнот. По его словам, лорд Карниваль вернулся после сеанса около десяти часов, и был нездорово возбуждён, что, несомненно, было признаком начинающегося приступа. Секретарь предложил немедленно послать за доктором Хинксли, но лорд категорически отказался, велел подать ему чаю и грелку, и не беспокоить его более.

Секретарь выполнил распоряжения и отправился в свою спальню, находившуюся во флигеле. А около четырёх часов утра лорд Карниваль вызвал его звонком: как утверждал секретарь, Карниваль был очень плох, кашлял кровью и потерял сознание, прежде чем приехал доктор.

Рассказ, казалось, вполне удовлетворил инспектора.