Моменты

А мы с вами сейчас разговариваем, потому что я могу видеть таких, как вы.

Парень смотрел на меня теперь совершенно серьезными глазами. Понимаю его чувства. Вчера он веселился и напивался, а уже сегодня ему сообщают, что он проспал собственную смерть.

– Это правда? Джим! – мое имя парень произнес так твердо, как будто разговаривал со своим ровесником.

– Да, мистер Логан. Я вижу призраков.

– Видимо, не только ты один, – он перевел взгляд на моего пса.

Оказывается, Джек уже давным-давно отложил в сторону крекеры, к которым был так неравнодушен, и все это время следил за нашей беседой, не сводя пристального взгляда с призрака.

Животные, безусловно, чувствуют гораздо больше чем человек. Чем обычный человек, разумеется.

– Твой пес? – спросил меня Логан, словно совершенно забыв о своем состоянии.

– Теперь мой. Его зовут Джек.

– Привет, Джек, а меня зовут Логан, – словно ответив на приветствие, пес звонко гавкнул один раз и продолжил трапезу, больше не обращая на нас никакого внимания.

– Так значит, ты разговариваешь с мертвыми? – парень сел рядом со мной на лавочку. Меня всегда удивляло, почему призраки не проваливаются под землю или могут сидеть, как обычные люди. Одна девочка, попавшая в аварию, рассказывала, что их удерживает некая сила. Видимо, умершие подчиняются своим законам природы.

– С призраками, если быть точным, – поправил я моего нового знакомого.

– Значит, я теперь призрак?

– Именно так. Правда, немного странно, что вы ничего не помните. Все призраки, с которыми я разговаривал, отчетливо помнили собственную смерть.

– Ты прав, не помню ни черта, – Логан принялся что-то искать по карманам, но так и не найдя, продолжил. – Подожди, вчера я возвращался домой на такси. Я точно помню, что вышел возле дома, расплатился. Сто пудов. И че, я просто взял и умер?

– Может, и не умерли, потому что для призрака вы ведете себя совершенно странно.

– Это почему же?

– Я уже достаточно давно общаюсь с умершими, и все они очень спокойны.

Моя бабушка говорила, что после смерти все эмоции просто исчезают, а тебе остается лишь полное умиротворение.

– Соболезную, малыш, – Логан заметно погрустнел.

– Я уже взрослый. Мне 12 лет, – обе фразы получились не совсем убедительными, скорее потому что прозвучали с легкой обидой.

– Да, ты уже просто мужик, – Логан попытался по-дружески коснуться кулаком моего плеча, но у него снова ничего не вышло. – Никак не могу привыкнуть… к этому.

Мы замолчали.