Пропавший корабль

Главное, ребята, запомните: вам сейчас кажется, что космос – это приключения. Но прежде всего – это другой мир. Там другие масштабы, другие законы, другие существа. Поэтому первое правило – дисциплина. Если капитан отдал приказ – выполнять точно и неукоснительно, иначе вы поставите под угрозу не только свою жизнь, но и жизни других людей.

– А если кажется, что капитан не прав? – спросил Вик.

– Выполнить приказ, а потом анализировать, прав он или не прав. Понимаете, ребята, вы часто будете видеть ситуацию с одной стороны, а капитан владеет полной информацией.

Иногда, отдавая какое-то указание, он жертвует мелким, чтобы выиграть в крупном. Например… – Паша задумался, – например, однажды наша экспедиция искала сипайского забрюшника – это редчайший на планете вид ящериц, их всего около десятка. По рассказам, у них регенерировали, то есть, восстанавливались не только хвост, но и все шесть лап, и спинной гребень. Представляете, что значили эти забрюшники для науки! Изучив забрюшника, мы смогли бы понять, что запускает регенерацию в организме и можно ли сделать то же самое для человека. Например, кому-нибудь крокодил откусил руку. Сейчас мы искусственно выращиваем конечности и припаиваем на место, это долго и сложно. А так – врачи подключили человека к компьютеру, нажали несколько кнопок, мозг получил импульс, запустил процесс восстановления – и готово, новенький палец – муха не сидела. В общем, искали мы забрюшника долго: даже камеры не могли его засечь, очень быстро он передвигается. У него обострённое чувство опасности. И вдруг – удача! В одну из наших ловушек попалась самка забрюшника, да ещё будущая мама. Мы обрадовались, готовим инкубатор для перевозки. А Маргарита Генриховна, руководитель экспедиции, кстати, бабушка Арсения и Евгения (Паша кивнул в сторону мальчиков), говорит: «Берём образец ДНК, снимаем голограмму и отпускаем самку». Мы ничего не понимаем: в нашем распоряжении не только один забрюшник, но и его дети, можно их исследовать. Однако приказ есть приказ. Взяли образец, самку отпустили, а потом спрашиваем, мол, почему отпустили-то. А Маргарита Генриховна объясняет: животные с повышенным чувством опасности в неволе не размножаются: самка и её детёныши у нас бы погибли. А вдруг это вообще последняя в мире самка забрюшника? Для наших исследований пока хватит тех образцов, что мы взяли, зато самка спокойно на воле родит своих малышей и популяция забрюшников станет больше. Потом ещё поймаем или придумаем, как их изучать на воле.