ЧЕРНЫЙ ОРДЕН

– Секретарша? – с нарастающими децибелами произнесла Ирина Алексеевна, – я помощница, а не секретарша! А ты вот кто? Червь бумажный!

– Юрист… главный… – ошарашенный таким накатом, ответил Леня.

– Ну тогда за корпоратив деньги на стол! И иди юридисцируй!

– Что… простите делать? – переспросил юрист.

Ирина Алексеевна, сорвавшись со своего рабочего места, словно рысь в несколько шагов, ударами своих каблуков о ламинат выбивая дух из бедного юриста, подошла к нему вплотную. Глаза Рюрича невольно оказались напротив ее пышной груди.

Его губы еле заметно затряслись и побелели, в то время как уши – наоборот – налились кровью. Ирина Алексеевна выхватила из влажных ладоней юриста несколько бумажных купюр и таким же отточенным шагом вернулась к столу.

– Свободен! – скомандовала она.

Обомлевший Леонид Ярославович повернулся к двери и покинул приемную, закрыв за собой дверь настолько тихо насколько это было возможно.

***

Лиза посмотрела на расправленную постель. Маленькая Маша открыла глаза, посмотрела на маму в ответ, улыбнулась и подползла к краю кровати.

– Машуль, – нежно произнесла Лиза, отложив книгу в сторону и загнув страничку в качестве закладки, – цветочек мой, выспалась?

Маша заползла к маме на колени и крепко обняла.

– Выспалась, – сонным голосом ответила девочка.

– Вот умничка, – Лиза поцеловала дочь в щечку, та еще сильней заулыбалась. – Пошли тогда покушаем?

Девочка одобрительно кивнула в ответ и слезла с колен.

– Но сначала… – окликнула дочку Лиза.

Девочка обернулась, – сначала умывашки!

– Умывашки! – Воскликнула Маша и побежала в ванную!

Глубокая тарелка, пакет кукурузных хлопьев и пакет молока – готово! Завтрак на скорую руку. Осталось дождаться дочь из ванной. Лиза приоткрыла окно. Летний воздух наполнил ее легкие. Выдох. На лбу Лизы моментально проявились капельки пота. Воздух похожий на горячий пар в купе с извергающими тепло раскаленными бетонными домами, вынудила Лизу спешно закрыть его, сохранив прохладу внутри квартиры.

Но перед тем как это сделать, она заметила старушку, стоявшую у основания дома, которая улыбалась и смотрела прямо на нее. Лиза замешкала и вот уже почти увела глаза, как обычно уводят их посторонние при неожиданном соприкосновении взглядов в метро или на улице, но старуха помахала. «Что теперь? Махать в ответ? Да ну!… Кто это вообще такая?… Может поздороваться, вдруг знакомая…».

– Мам, – отвлекла Лизу, ее дочь, вышедшая из ванной.