Тьма

– Луна волнует людей, как волнует море… – перефразировал я Хемингуэя. – А кстати, действительно, никто не любит дежурить в полнолуние – больных значительно больше.

– Это точно, – кивнул Руслан, – больных на голову и правда больше, чем здоровых. Кстати, первую жертву он не только насиловал и душил, но еще и связывал…

– У нее обнаружены ссадины на запястьях, характерные для связывания, – уточнил Арсений, рассматривая какие-то фотографии и заключения экспертов, извлеченные из папки.

– Так и есть, – сказал Руслан.

 – Это признаки, которые обнаружили судебники.

– А наша Настя, – сказал Строганов, вновь подойдя к карте, – была задушена мгновенно, так? И получается, что следующее убийство должно произойти завтра. Так?

– Тьфу, тьфу, тьфу! – Руслан поплевал через левое плечо. – Типун тебе на язык.

– Ага, – усмехнулся Арсений, – ты еще перекрестись для надежности!

– Будешь смеяться, – вдруг произнес Руслан, причем довольно серьезно, – но мы и попа приглашали.

Не успел Арсений прокомментировать методы полиции, как Руслану позвонили.

Пока он разговаривал, Арсений передал мне несколько снимков. Это были фотографии девушек, которые стали жертвами «темного душителя», как его окрестили журналисты. Любительские снимки: симпатичные девчонки, жизнь которых так трагически оборвалась из-за какого-то душегуба…

– Что скажешь? – негромко спросил у меня Арсений.

Я разглядывал девушек, пытаясь найти что-то общее в их внешности – прическа, лицо, фигура… Ведь маньяк часто выбирает жертву по какому-то ему понятному признаку – к примеру, она может напоминать ему подругу, которая когда-то бросила его… К сожалению, кроме того, что все девушки были молодыми и симпатичными, я ничего общего не обнаружил.

Скорее они были разными. Первая девушка была чуть полноватой, с длинными русыми волосами и большими серыми глазами, взгляд кроткий, мягкий. Вторая – совсем юная, худенькая, волосы гладко зачесаны назад… Третья девушка была постарше и попроще – крашеная блондинка с длинными ресницами и ярко напомаженными губами. И, наконец, наша Настя: вьющиеся темные волосы, тонкие черты лица, красивый изгиб бровей, карие глаза, взгляд внимательный…

– Ты долго будешь их разглядывать? – не вытерпел Арсений.

– Сократ был не прав, сказав, что смерть – это иллюзия, – ответил я Строганову. – Эти смерти – трагедия.

– Иллюзия? – неожиданно заинтересовался мой приятель. (Я думал, что он будет высмеивать мои философствования, но он, напротив, отнесся к ним весьма серьезно.