Темноморье

С цветной фотографии с гордо поднятой головой на них смотрела Кристина в вечернем платье. Ее длинные темно-синие волосы легкими волнами спадали на плечи. Кристине было тридцать девять лет, она старше мамы на два года. Марта впервые видела фотографию Кристины, так как снимки семьи у мамы не сохранились, и удивилась тому, что насколько сестры были похожи чертами лица, настолько разная от них исходила энергия. Даже сквозь фотографию Кристина вызывала трепет своим холодным взглядом. Глаза цвета штормового моря смотрели с презрением и высокомерием, чего Марта никогда не замечала в ясных глазах мамы.

Хотя в моменты, когда мама надолго задумывалась о чем-то далеком, готовя ужин или вышивая у себя в комнате, или когда Марта просила рассказать о своем отце, покинувшем их семью вскоре после рождения дочери, ее глаза становились темнее, будто серые тучи затянули ясное небо. Но представить маму с таким суровым и тяжелым взглядом, как у Кристины, Марта никак не могла.

Марта понимала, что ожидать доброты от человека, который пошел против родной сестры не стоит, но в глубине души все равно была робкая надежда, что мамина сестра не такой плохой человек.

«Пожалуй, я ошибалась, – подумала Марта. – Если даже ее фотография вызывает мурашки по коже, то что будет при личной встрече?»

– Полина Веда? – переспросила у мамы женщина при регистрации в отель, сделав упор на фамилию, хотя было очевидно, что она все прекрасно расслышала. Женщина поморщилась, будто проглотила кислую ягоду, презрительным взглядом окинула маму, а затем и Марту, уделив особое внимание их цветным волосам.

Марта тут же мысленно возмутилась: «Да пусть на себя посмотрит!» Внешний вид женщины прекрасно гармонировал с состоянием отеля: такой же неухоженный и запущенный.

– Ваша комната номер два, справа по коридору. – Она протянула маме ключи и быстро вернулась к своим делам.

– В этом городе все такое неприветливое? – спросила Марта, лежа в кровати. Сейчас она мечтала лишь о том, как бы поскорее провалиться в сон.

Ветер завывал за окном, словно напевая колыбельную.

– Вот завтра после школы и расскажешь, не стоит нагнетать раньше времени. Все будет хорошо, вот увидишь. Доброй ночи, милая. – Мама поцеловала дочь в макушку и заключила в объятия, как делала всегда перед сном. Марту окутало сладким ароматом цветочных духов.

Насколько бы Марта не была уставшей, тревожные мысли, словно рой надоедливых пчел, мешали заснуть, заставляя ворочаться на скрипучей кровати.