Игры Богов

Прошло минут пятнадцать с момента его заплыва, и он с удивлением обнаружил, что только приближается к середине озера, хотя полагал, что за это время доплывёт до другого берега. На этом отрезке вода казалась гораздо холоднее, чувствовалось, что откуда-то из глубины бьёт родник, да ещё течения усилились, сбивая Адама с заданного курса. Силы начали иссякать, он стал плыть медленнее. Перевернулся на спину, ощутив, как яркое солнце ударило ему в глаза. Может, повернуть назад? Но если он даст задний, то сдастся.

А он не привык сдаваться, стараясь доделывать начатое до конца, и обычно доделывал, как тяжело бы ему ни было. Дополнительный рывок – и будешь у цели. Он мысленно перевёл плавание в плоскость отношений со своей возлюбленной: ещё один рывок, ещё небольшой – и они вместе! Эти мысли придали ему сил, и он вновь принялся активно грести руками в полной синхронности с движением ног. Вскоре он заметно сбавил темп, неожиданно ощутив, как ножные мышцы свело судорогой. Адам попробовал согнуть ноги, но они его не слушались. Он ужаснулся: этого с ним раньше никогда не случалось – к ногам словно привязали тяжёлый груз, который с каждым мгновением тянул его на дно. Адам заметил, что ему холодно, его тело мёрзнет. Он заставил себя перевернуться на живот, посмотрел вперёд: до заветного берега оставались какие-то метры.

Какова была радость, когда он почувствовал животом тепло согретого солнцем прибрежного песка!

Он очутился на извилистой тропинке, усыпанной булыжниками.

Кое-где виднелась редкая растительность.

Тут же груда валунов подпирала грозно возвышавшийся над Адамом остроконечными выступами утёс. Валуны казались обманчиво мёртвыми, абсолютно неподвижными, но стоит разбушеваться природе, как они превратятся в бесчувственных великанов, готовых своей мощью раздавить оказавшегося на их пути человека – мелюзги по сравнению с каменными исполинами. Тяжело дыша, он уселся на один из таких валунов, ощутив жар, передавшийся ему. Солнце ласково согревало подмёрзшего и уставшего Адама.

Он сделал это! Он переплыл целое озеро, которое оказалось не таким уж и маленьким, и от этого испытал приток свежих сил. Ему хотелось жить и творить. Но ему предстоит проделать путь обратно – и снова в воде. На противоположной стороне берега маячила фигура Вячеслава Дмитриевича, бурно размахивавшего руками. Судя по взмахам и возгласам, хоть и неразборчивым, доносившимся до Адама, тот взывал к его скорейшему возвращению.