Комсомолец-2. Повести и рассказы о любви

Закутанный в огромное полотенце, я сел за стол и выпил чай с каким-то неизвестным мне пирожным. Потом съел по ее уговору еще одно пирожное. Потом она пальчиком собрала крем с моих губи облизала этот пальчик. Потом глубоко засунула это пальчик себе в рот, хитро глядя на меня.

– Покажи мне, если можешь, как выглядят русские студенты, – попросила она.

Я встал из-за стола и распахнул полотенце. Люси осмотрела меня.

– Good, good, – произнесла она, улыбаясь, и начала, словно чулок, спускать с себя платье, которое так поразило меня на улице.

Когда она осталась без платья, то мягко взяла меня за руку и повела… Да-да-да, вы угадали, – в спальню. Она не успела довести меня о кровати, когда я подхватил ее на руки и сам донес до кровати, бережно положил ее на спину и сам лег на нее всем весом.

– Good, good, – повторила она и закрыла глаза, раскидала руки в разные стороны и широко раздвинула ноги.

Терпеть не было уже никаких сил. И я вошел в нее резко и сильно.

– Good, good, – вскрикнула Люси и подалась тазом мне навстречу.

– Good, good, – повторяла она почти всё время, пока я накачивал ее своим поршнем. Она только водила руками по покрывалу кровати, которое мы так и не успели сбросить на пол, рисуя полуокружности по обе сторону от себя.

– Good, good, – стала она вдруг кричать и сжала член внутри так сильно, что я охнул и начал сильно кончать в нее.

– Good, good, – шептала она мне на ухо, когда я сполз с нее и уткнулся носом ей в волосы в районе уха.

– Good, good, – смеялась она, помогая мне в душе.

И только на выходе из квартиры она просто молчала.

– Куда тебе добираться? – спросила она уже на улице.

Я показал ей записанное на клочке бумаги название автовокзала, она улыбнулась и остановила такси.

– Я знаю, что у вас нельзя общаться с иностранцами, – сказала она уже в машине. – потому я не буду выходить из машины на автовокзале. Выйдешь один и дальше пойдешь сам к автобусу.

Так мы и сделали.

Я прождал на автовокзале на более 15 минут, когда по моему плечу погладила женская рука.

– Люси? – встрепенулся я и оглянулся.

– Так ее зовут Люси? – рассмеялась Мила.

Она совершенно изменилась. Вместо маленькой золушки перед мной стояла настоящая принцесса: шляпка с полями, несколько открытые плечи, неглубокое декольте, рукава до самых пальчиков…

Дальше разглядывать ее я не стал, – просто подскочил, обнял и оторвал от земли.

Мы сидели с ней на скамейке и разговаривали.