Комсомолец-2. Повести и рассказы о любви

Мы поднялись к ней в квартиру, я расположился в низком глубоком кресле без подлокотников. Мне оно больше напомнило шезлонг, чем кресло. Галина Викторовна переодеваться не стала, а пошла ставить чайник.

– Знаешь, у меня даже остались пуанты и пачка, – сказала она, входя в залу и ставя на стол чайную посуду.

Пуа?нты (от фр. les pointes des pieds – «кончики пальцев»; также па?льцевые ту?фли, иногда колки? или каски?, разг.) – женские балетные туфли, неотъемлемая часть женского танца в классическом балете.

Па?чка (уст. «тю?ники») – женский балетный костюм, состоящий из корсажа, застёгивающегося сзади на крючки, и пришитой к нему многослойной юбки из жёсткого тюля, посаженной на трусики, обшитые полосками присборенного тюля. У современной «стоящей» пачки слои неравномерной длины – их диаметр постепенно увеличивается, начиная от нижнего слоя к верхнему.

Материал из Википедии – свободной энциклопедии

– Это даже интересно, – улыбнулся я, помогая ей расставить по столу чашки с блюдцами и всякие вазочки.

– Тебе правда интересно? – рассмеялась она. – Тогда я сейчас их одену.

И буквально выпорхнула в другую комнату, оставив в комнате стойкий запах своего дорогого парфюма. Когда она снова вошла, то была в полном одеянии балерины.

– Не думая, что это из нафталина в шкафу. Я и по сей день хожу на занятия. Правда, не так часто, как хотелось бы, – с улыбкой сказала она, глядя в мои глаза и поправляя сережку.

Но непослушная сережка выскользнула из ее рук на ковер и закатилась под широченный диван. Я лег на пол и протиснулся под диван, чтобы ее достать. Когда я стал вылезать из-под мебели, то обнаружил, что Галина Викторовна переступила одной ногой через меня и теперь стоит надо мной, как строительный башенный кран. Я снизу вверх разглядывал ее балетную пачку и отсутствие трусиков. От неожиданности я протянул руку и погладил ее по внутренней поверхности бедра.

– Хороший мальчик, – раздался ее голос сверху. – Продолжай. Я знаю, что ты это умеешь.

Но вдруг на кухне засвистел чайник, и Галина Викторовна была вынуждены пойти на кухню и выключить свистуна. Когда она вернулась, я уже лежал поперек широкого дивана.

– И что до сих пор в штанах? – рассмеялась декан. – Или боишься кого-то?

Я молча расстегнул ширинку, и декан сдернула с меня брюки за брючины. Стоящим членом она, было похоже, осталась удовлетворена.