Слепой мир. Повести и рассказы о любви

Просто пройдись между автомобилями и найди его с открытыми задними дверцами и большим количеством пакетированной воды и ящиками с печеньем, – я его весь день сегодня ищу. Когда найдешь, – вернись за мной.

Я повернулся и пошел искать фургон, когда услышал за спиной какой-то хрип. Какой-то слепой мужчина стоял за спиной Эльвы с лицом, направленным в небо, а та оседала ему в ноги с перерезанным горлом. Вот и Гарри, он нашел ее.

А что я хотел. Эта драма началась еще до меня, и только закончилась на моих глазах.

Что было началом этого, – я не знал.

Я всё же нашел тот раскрытый фургончик и перегрузил к себе его содержимое. Я не собирался это делать после просьбы Эльвы. Но после увиденного убийства решил, что для Гарри не будет никакого значения, умрет ли он на несколько дней или недель раньше или позднее, с водой и едой или без них. Главное, что такая потенциальная любовница умерла на моих глазах, а могла бы составить мне компанию в течении нескольких дней и ночей.

Общежитие

Проезжая мимо какого-то здания, услышал хоровое пение.

Трансляция местного хора по радио исключена, – все радиостанции перестали работать в первое же утро после катастрофы. Если кто-то из них выходил в эфир, то не для трансляции концерта, а для передачи информации, просьбы о помощи или прощания перед самоликвидацией. И это были не санкционированные, а личные обращения отдельных сотрудников передающих станций. Надо будет в будущем найти такое оборудование и специалистов. Так, заметочка для себя…

А сейчас я остановился у какого-то здания с разбитой на половину вывеской, на которой я только смог разобрать, что это общежитие какой-то или женской общины или чего-то подобного.

Оттуда и звучал явно женский хор, хотя явно не профессиональный.

Машину, как обычно, я оставил в отдалении в зоне прямой видимости. Прошел к зданию и стал тихо подниматься по широкой лестнице крыльца. На верхней ступеньке сидели три дамы, которые явно одевались в темноте своей слепоты: одежда подобрана не по цветы, часть одета наизнанку, туфли разного цвета и формы, чулки и колготки рваные.

– Ша, девки! Тут кто-то есть, – громко прошептала одна из них. – Слушаем внимательно.

Я замер в одной поднятой ногой, и очень медленно опустил ее на ступеньку рядом с другой ногой. Теперь я понял, что приближаться тихо мог только зрячий, и они потому и оставили пост на ступеньках. Я понял, что на меня, – точнее, на любого зрячего, – идет охота.