Комсомолец-1. Повести и рассказы о любви

Можем, конечно, кушать и говорить, если хочешь…

Несмеяна переоделась в домашний халатик и согрела чайник, заварили чай… Обедали неспеша, т.к. торопиться некуда, да и незачем, – завтра выходной. За окном постепенно темнело, но Несмеяна свет зажечь не предлагала, нам вполне хватало вечернего освещения за окном. Мы долго разговаривали о ней, о ее школьной поре, о том, как она на самом деле вырвалась из-под строгой опеки родителей и почувствовала себя на свободе. И как стала этой свободой упиваться всласть.

Уже после приема пищи она увидела у меня в руках пирожные.

– Эээ-то мне? – буквально взвыла она радостно. – Мне мама всегда такие покупала!

Она как величайшую ценность крутила одно в руках, нюхала его, а потом ма-а-аленькими кусочками стала откусывать. Я откинулся на стуле и наблюдал с удовольствием за ней. Когда она доела пирожное, предложил съесть и второе.

– Это же тебе, – почти возмущенно сказала Несмеяна.

– Ешь, ешь, мне не жалко.

– Знаешь, мне младший брат никогда не отдавал свою долю, еще и от моего пирожного клянчил откусить, – рассмеялась Несмеяна и тоже очень медленно доела второе лакомство.

 – Гусар, ну не зря о тебе легенды ходят! Спасибо тебе!

– И что за легенды?

– Ну, что ты можешь в короткий срок сделать девушек и женщин на самом деле счастливыми.

– Не так уж это и сложно в твоем случае.

– Ну, не скажи! Мне было так страшно и горько совсем еще недавно, а вот поговорила с тобой, и потом еще и пирожное съела… Даже два… И мне как-то совсем легко-легко стало.

И она впилась мне в губы горячим-горячим поцелуем. Для удобства присела мне на колени боком и как-то вот так развернулась вся телом и шеей, чтобы не отрывать свои губы от моих. Я сначала обнял ее осторожно за талию. Потом стал гладить ладонями по спине, по бокам, животу. В какой-то момент ладонь достигла грудей и стала поочередно ласкать груди. Несмеяна не отрывала своих губ от моих. Я опустил руку ниже и стал гладить ее по бедрам.

Сначала по наружным поверхностям, потом по внутренним. Девушка даже ноги раздвинула, чтобы я смог погладить по большей поверхности. Сквозь поцелуи она стала дышать всё чаще и глубже. Некоторое время я наслаждался тем, как она разогревалась, потом встал вместе с ней и начал расстегивать халатик. Обнимая меня за шею, она не отрывалась от губ. Только отодвинулась слегка телом, чтобы дать мне возможность расстегнуть все пуговицы.