На дальних берегах. Книга первая. Тринадцатый год. Часть третья

– Ба-а-абуля! – радостно закричала Ангелина и побежала к Вере Леонтьевне.

– О-ох-ти!..– воскликнула Вера Леонтьевна и разогнула спину. Ангелина подскочила к бабушке, обняла её, и, расцеловав, вихрем закружила.

Вера Леонтьевна была крепкой и румяной, без единой морщинки на лице, и её даже трудно было назвать бабулей. И она между прочим не одобряла, когда её так называли. Называть себя бабой она разрешала только внукам.

– Не кружи ты та-а-ак меня! – взмолилась Вера Леонтьевна. – А то сейчас не встану на ноги! Упаду же!

Ангелина остановилась и отпустила Веру Леонтьевну.

– А вы что меня не предупредили? – переведя дыхание, покачала сокрушённо головой Вера Леонтьевна. – Знала б я, что загляните, стол бы для вас приготовила!

– Не суетитесь, мама! – заметил Цыбунов.

– Мы хотели сделать тебе сюрприз! – добавила Арина Мефодьевна, и в свою очередь обняла и расцеловала Веру Леонтьевну.

Поворчав немного Вера Леонтьевна сняла косынку и фартук и позвала всех в дом.

Тут же она поставила самовар, вытащила из шкафчика вишнёвое варенье, которое обожала дочка, и расставила вазочки с булочками, пирожками и прочей домашней стряпнёй.

– Угощайтесь! – предложила она. – А то поди и голодные!

– Да что вы, мам, у нас на пароходе питание отменное! – ответил ей зять. – Во-он, какую ряху я наел! Ели фуражку на себя напяливаю!

Арина Мефодьевна так посмотрела на мужа, что тот всё понял и послушно сел за стол.

– Баба, а можно я посмотрю твои цветы? – спросила Ангелина.

И, к тому же, совсем я не голодная и мне нельзя толстеть!

– Ну, иди, иди, глянь, егоза! – заулыбалась Вера Леонтьевна и проводила взглядом внучку. – Ну, прям совсем взрослая стала, мой Ангелок (так Вера Леонтьевна звала любя Ангелину). А жених у неё-то завёлся уже?

Арина Мефодьевна покосилась на мужа:

– Может ты поможешь маме?

– А что сделать?

– Полей ей что-нибудь… Ну те же цветы.

– Пусть уж тогда польёт мне огурцы и ягоду… – заметила Вера Леонтьевна.

 – Ягода у забора, а огурцы по ближе к дому. Найдёшь, зять?

Григорий Мелентьевич вздохнул и, отставив стакан с чаем, послушно встал и направился в огород. Он понял, что тёща и жена хотели поговорить с глазу на глаз.

Когда женщины остались одни, Арина развернула подарки:

– Вот тут у меня, мам, для тебя рассада. А здесь журналы по огородничеству! И вырезки. Целый год для тебя их собирала.