На дальних берегах. Книга первая. Тринадцатый год. Часть вторая

Моршанцев же как ни в чём не бывало продолжил:

– У меня гражданские дела. Занимаюсь наследствами, бракоразводными процессами и всеми прочими заморочками, которые относятся к административному кодексу. Санкт-Петербург – богатый город! Вот где творится история и где жить совсем нескучно! Постоянно в театрах проходят какие-то премьеры, каждую неделю идут различные светские мероприятия, выставки, концерты, и не только симфонические, синематограф имеется! А недавно на гастролях были знаменитые итальянские оперные певцы из самой Ла-Скалы! Надюша, – обратился Моршанцев к Гриднёвой, – а ты не хотела бы погостить в столице? Там много чего можно увидеть! На славу развлечёшься…

– Спасибо, Евгений! Как-нибудь в другой раз.

Поняв, что пора уходить, Моршанцев встал, поблагодарил за угощение, вновь поцеловал руку Нади и тут же хлопнул себя по лбу:

– Вот же непутёвый! Забыл, зачем приходил! – и Моршанцев протянул Адриану Михайловичу ассигнации. – Отец просил поблагодарить, выручили вы его. А то бы тот буфет из ореха, который он присмотрел, могли кому-нибудь другому продать.

– Елисей, проводи гостя! – распорядился профессор.

Когда Моршанцев удалился, Адриан Михайлович произнёс:

– Ну, ведь хороший молодой человек, правда, Надюша? Воспитанный, неглупый, да и к тому же по нему видно, что не лентяй – трудолюбив! Ну чем тебе не жених, дочка? Мне он положительно нравится!

– Ты это серьёзно, папа? – передёрнула плечами Надя.

– Вполне! Я надеюсь, ты не собираешься всю оставшуюся жизнь быть вдовой? Тебе новую семью пора создавать! Да и по правде сказать, дочка, мне твой покойный Костик не нравился.

Какой-то он был шебутной, не от мира сего, и закончил свою жизнь как-то непутёво! Я бы сказал, нелепо! Пошёл воевать за чужаков. Ну, глупость же это несусветная! Начитался книжек и газет и возомнил из себя какого-то нового Гарибальди! В добровольцы, видите ли, записался… А он должен был прежде всего о семье своей думать, а не о каких-то там болгарах, вроде как притесняемых басурманами. Одна польза от него, что тебя до конца жизни обеспечил через своего дядю! Но детишек вы так и не нажили, а это плохо.

– Папа! – не сдержалась Надя, – может тебе, Моршанцев и нравится, но мне он не подходит совершенно! И, в конце концов, мне же выбирать!

– Но могу я тебе, дочка, подсказать? Я ведь старше тебя и мудрее!

– Ты – старше! Но я буду прислушиваться только к своему сердцу! Так и знай! – и Надя демонстративно встала из-за стола и удалилась в свою комнату.