На дальних берегах. Книга первая. Тринадцатый год. Часть четвертая

Кстати, – Николай расстегнул ворот мундира, – нам придётся ещё на неделю задержаться в столице…

– Ну, это же совсем неплохо! – как девочка захлопала в ладоши Надя. – Я этому буду только рада!

– Ну, как сказать, – ответил Николай, – я думал, что мы ещё две недели сможем побыть в Самаре, и пообщаться и с твоими, и с моими родителями, но на это нам останется от силы дней пять. Уже в конце сентября я должен отбыть на Дальний Восток, а в середине следующего месяца…Я не буду называть, где мне надо оказаться… Ты об этом уже и сама догадалась.

Надя вновь обняла мужа.

– Да, конечно, однако об этом никому-никому ни слова! Можешь даже не волноваться! Я буду нема, как рыба! Ты проголодался?

– Можно и подкрепиться.

– Я заказала в ресторане голубцы, а салаты и грибы перед твоим приходом уже принесли. Салат из печени. Твой любимый. Выпить хочешь?

– Мне нельзя.

– Ну хоть чуть-чуть… Какой-нибудь слабенькой настойки или вина?

– Хорошо. Пару бокалов шампанского, – сдался Николай. – Может и взбодрюсь.

Надя побежала в зал, чтобы позвонить. Николай тем временем умылся и переоделся, накинув на себя байковый халат.

– Свежие газеты есть? – крикнул он из спальни, обращаясь к Наде, которая сейчас раскладывала столовые приборы.

– Посмотри в углу, где кресло у изголовья кровати, – откликнулась она. – Там три или четыре столичных газеты. Сегодня утром принесли. Я горничной наказала каждый день их в номер приносить…

Николай нашёл газеты, взял их в охапку и вышел в зал, и, усевшись в кресло у окна, развернул прежде всего «Санкт-Петербургские ведомости».

Почти сразу же ему попалась на глаза передовица Калганова, знакомого журналиста, с которым они несколько дней назад встречались на квартире у военного музыканта Казаченко. Статья его посвящалась Китаю. В ней этот известный и уже в последнее время ставший модным столичный журналист, писавший про политику и затрагивавший международные темы, пространно рассуждал о том, что сейчас происходит в Китае, и какие перспективы у этой страны, после Синьхайской революции и свержения маньчжурской династии.

С 1911 года в Китае установилась республика. Причём это случилось впервые на Востоке, для которого привычным делом всегда являлся монархический строй. А до того 267 лет малочисленные маньчжуры господствовали в огромной Поднебесной, и во многом именно они задержали развитие некогда богатой и передовой страны. И вот, власти их пришёл конец, династия Цин была свергнута.