Ньюфаундленд

Показавшийся из-за двери Залман тут же замер, удивленный.

– Не знал, что здесь бывают такие помпезные апартаменты. Чем занимались?

– Вчера смотрела кино. У меня было дурное настроение после того, как осталась одна. А эта глупость – включила заставку – меня успокаивает, что-то вроде якоря, привет из детства, когда становится совсем уж… неопределённо.

Присядьте. Я должна сказать одну вещь. Там, в палате интенсивной терапии, я дала вам гормон, окситоцин, налила его в ваши капли для носа. Вы были уж слишком негативно настроены по отношению ко мне и подозреваю, что не справились бы с этим сами.

Мне показалось, что взаимное недовольство, это не то чувство которого мы достойны, понимаете?

Залман укоризненно посмотрел на нее, но ничего не сказал. В этот раз.

Ольга благоразумно сменила тему:

– Может быть, вы уже готовы рассказать, что же такого натворила ваша подопечная, Адина?

Залман помолчал, решаясь.

– Я уже говорил вам, что нахожусь здесь, чтобы опекать дочь одного моего знакомого, Циона.

Как раз накануне вашего прибытия, она убедила двух отказантов (тех, кто не решился на операцию) и одного китайца, из персонала, устроить побег. Покинуть клинику решили через главные ворота.

– Но постойте, там же шлюзовая система и стальные двери в метр толщиной.

– На самом деле, все не так сложно. Один раз в сутки через эти ворота въезжает контейнер с вещами и провизией и выезжает контейнер с отходами. У меня как-то была бессонница, я сфотографировал его.

Посмотрите.

Залман протянул планшетный компьютер.

– Контейнер проезжает ночью, чтобы не беспокоить пациентов. Управляется автоматически. Сообщники, которых она подговорила, придумали простой план.

– Пока контейнер медленно ехал к воротам, они положили сверху деревянный клин. Когда открылись первые ворота, заговорщики вошли в шлюз, а транспортер застрял, упершись в потолок.

– Как же они вошли? Я видела перед воротами камеры слежения.

– До сих пор отсюда никто не пытался бежать.

У китайцев здесь свой квартал, который не хуже обычного китайского города. Им хорошо платят и по контракту, каждый может заморозить своё тело за счёт клиники. Куда бежать? Пациенты – это больные, либо психически неуравновешенные люди.

Он осторожно посмотрел на Ольгу, та улыбнулась.

– Продолжайте.

– Так вот, острой потребности покинуть это место ни у кого не возникало. Между нами говоря, у Адины тоже не было особых причин.