Картинки с выставки

Валерка аж рот раскрыл.

– Ты знаешь её?!

– Ну, помню слова только вначале, но музыку – да, знаю.

– Не играй – я за своей «кларой» сбегаю.

Устроился на стульчике. Сонечка расстегнула две верхние пуговицы на блузке. Жарко, конечно. Я начал вступление. Гитарный проигрыш. Тут же прискакал Валерка с кларнетом. Встал рядом со мной. И вступил чётко в нужный момент. Молодец! Значит и в Киевском музучилище есть продвинутые музыканты. Это радует! «There’s a lady who’s sure all that glitters is gold, and she’s buying a stairway to heaven…» С кларнетом звучало просто апокалиптично! Больше я текста не помнил.

Стал петь обычное «та-да-та та-да-та». Сонечка расстегнула все пуговицы на блузке. И более того – распахнула блузку нараспашку. Грудь у Сонечки БЫЛА! Первый куплет подходил к концу. Валерка хрюкнул в кларнет раз. Хрюкнул второй. Стал красным, как рак. И мы оба почти одновременно прекратили играть. Исироса шепнула на ухо:

– Пошли отсюда поскорее. Оставь им гитару.

Сонечка гипнотизировала Валерку, как кобра перед смертельной атакой.

Валерка судорожно облизывался – слюна пошла не вовремя. И мы тихо смылись. На конюшню.

– Такую песню Сонька испортила!

– Не обижайся на неё. Она со мной поделилась по секрету, что, как увидит Валерку, хочет раздеться перед ним.

– Значит – любовь?

– Ага, точно! Ой, опять плед забыла!

– Может, тогда вернёмся?

– Не, ни в коем случае! Сейчас там – ТАКОЕ! Тётки моей до вечера не будет. Пусть побудут наедине. Всем девушкам нужны ласка и нежность, и слова красивые.

Поцелуй меня?

И мы стали целоваться! Сладко, ласково и самозабвенно. Она расстегнула и распахнула рубашку на мне. Стала целовать грудь и прикасаться губами к соскам. Я прижимал её худенькое тельце к себе. Нащупывая молнию на её спине и дрожа.

– Постой! Ведь уже 4 часа, наверное?!

Часов у меня не было.

– Пошли, их расшухерим. Нам же с Соней надо доделать танец под баховскую шутку. И костюмы ещё.

Подошли к избушке. Исироса дважды постучала.

– Да-да! Свободно.

Сонька с Валеркой сидели на диване. Перед ними столик с чашками. Соня демонстративно наливала чай. И ярко улыбалась лучистыми глазами. Улыбкой сытого крокодила.

– Нам же танец надо доделать? И костюмы.

– Ой, точно!

Девочки убежали в другую комнату и закрыли дверь.

– Ну, как ты?

Валерка поднял голову, улыбаясь, но в глазах стояли слёзы.

– Ты чего? – я аж испугался.

– Ты знаешь, печально расставаться с детством!

Меня прошиб взрыв хохота.