Врата Бога. Книга первая. Под сенью Ашшура

Его часто просили, чтобы он спел хотя бы две-три песни на празднествах.

Пир по случаю гостя был устроен в тот же вечер. На нём присутствовало немного человек.

Сейчас Набуэль, сидя рядом с Шамашем, по просьбе хозяев исполнил несколько песен, но затем спел ещё одну, совсем новую, которую в Вавилоне ещё никто не слышал.

Когда Красавчик закончил её исполнять, наступила тишина, казалось, все оцепенели, и вдруг присутствующие опомнились и громко и восторженно захлопали в ладоши.

Шамаш обратился к гостю:

– Какая замечательная песня! Я ничего подобного ещё не слышал. А как она называется?

– «Соловей на ветке», уважаемый, – ответил юный князь.

– Д-да-а-а… Эта песня превосходна!

– Её написала новая подруга Великого царя, лидийка Аматтея. Она очень талантливая поэтесса. И её песни становятся всё более популярными.

Визирь встал со своего места и поднял кубок:

– Предлагаю выпить за здоровье брата нашего государя, за величайшего правителя Вселенной, за Великого царя Ашшурбанапала! Долгие-долгие ему лета! И пусть боги неустанно заботятся о нём!

Все единодушно поддержали тост визиря.

Пир продолжался до полуночи, а на следующий день Красавчик засобирался продолжить свой путь на север, в Ниневию. Там его ждали важные дела.

* * *

Шамаш и его тесть вышли проводить халдейского князя. Они обнялись и расцеловались уже как старые, закадычные друзья.

Шамаш велел снабдить караван знатного гостя продуктами и лично довёл Набуэля до его колесницы.

Когда караван Красавчика покинул царский двор, визирь вслед ему заметил:

– О-о-ох уж этот князь! Сразу видно, что он неплохой малый! И хотя он умеет как никто другой нравиться, но этот юноша всё-таки сам себе на уме. Впрочем, он всё равно окажется с нами в одной лодке…

– Ты в этом уверен? – покосился Шамаш на тестя.

– А у нас другого выхода нет, зятёк… И потом, у меня есть предчувствие… Я так скажу: в том, что Красавчик переметнётся на нашу сторону, я не сомневаюсь.

Шамаш не стал спорить со своим тестем.

Правитель Вавилонии всецело полагался на чутьё своего первого министра.

Глава пятая

Под высокими сводами храма голос звучал как-то по-особенному.