Киммерийская крепость

Объявите вашу волю. Если британские джентльмены и настоящие мужчины, возглавляющие британскую нацию, желают и впредь оставаться мужчинами и джентльменами в глазах британских женщин, им придётся, наконец, научиться держать слово и выполнять обещания. И волю своего монарха. А кого и как они собираются при этом и для этого спасать – поляков, зулусов или евреев – мне всё равно. А если нет, – Рэйчел прищурилась, и Эдуард едва удержался, чтобы не поёжиться. – Если нет, милорд, – мы вместе с Её Величеством сумеем позаботиться о том, чтобы британские женщины узнали, кому они доверили свои судьбы и будущее своих детей.

И джентльменам не поздоровится. Поверьте, милорд, всё именно так и будет.

– Как вы собираетесь их заставить?! После Мюнхена, после…

– Я вам объясню, милорд.

Когда Рэйчел умолкла, Эдуард, сгорбившись, снова сжал пальцами виски.

– Сейчас?! – простонал он. – Леди Рэйчел, да после всего, что вы мне изложили?! Сейчас?! Сейчас они хотят…

– Именно сейчас, – голос Рэйчел наполнился звоном, от которого у короля возникло чувство, будто ему за шиворот вытряхнули мешок со льдом.

 – Именно сейчас, потому что другого шанса у них не будет.

– Ну, хорошо. Вы хотя бы представляете себе…

– Отлично представляю. Мои люди работают над этой задачей уже почти месяц. И мы готовы.

– Готовы – к чему?!

– Встать на вашу защиту, милорд. Вы ведь не думаете, что я пытаюсь играть с вами?

– Нет, – вздохнул Эдуард. – Конечно же, нет!

– Тогда вам тоже предстоит приготовиться.

– Вы думаете, это совещание будет достаточным поводом спровоцировать их выступление?

– Не сомневаюсь ни одной секунды, милорд.

Надо, с одной стороны, отобрать у них инициативу, а с другой – не позволить им догадаться об этом.

– И вы?

– Разумеется, я тоже.

– Подождите, Рэйчел. А что же Артур? Вы не собираетесь предупредить Глокстона?

– Артур давно предупрежден, милорд.

– Что?! И он не…

– Старина Артур не хуже меня понимает, в чём состоит истинная забота о вашей безопасности.

– Чёрт вас всех побери, – Эдуард закрыл глаза.

– Мой человек со всеми необходимыми бумагами, цифрами и выкладками будет у Глокстона, – Рэйчел посмотрела на изящные часики, инкрустированные изумрудами и бриллиантами, украшавшими её запястье, – через два часа. Если Вы окажете мне такую любезность и посидите над ними хотя бы до полуночи, то уже завтра сможете набросать тезисы для разговора с нашими рыцарями из Адмиралтейства. Я знаю, вы этого страшно не любите, но иначе нельзя.