Киммерийская крепость

Просто… Ужасно. Вы его очень любите. Вы… но ведь он – не ваш сын?!

– Больше, чем сын. Гораздо больше. Ученик.

– Вот оно что… Вот оно что. А у нас с фашистами… пакт. Но это же не дружба никакая, это просто политика. Вы же знаете всё. Вы же понимаете! Нам нужно время, чтобы подготовиться. А потом – мы так ударим по ним! Вместе! И обязательно победим. Обязательно!

Вот, подумал Гурьев. Вот, это хорошо. Пусть пока думает так. Это хорошо, хорошо. Это правильно. Пока – правильно. Лучше пока не нужно. Больше не нужно.

Пожалуйста. Пожалуйста. Не нужно больше ни о чём догадываться, хорошо?!

– Всё равно. Это неправильно. Нечестно. Несправедливо. Вы должны быть вместе. Если это любовь… Ведь вы же не думаете, что всё кончилось, правда?!

– Я много о чём думал. И об этом тоже.

– Тогда позовите её. Скорее. Сейчас же!

– Я не могу.

– Почему?!

– Я не имею права.

– Если он её любит по-настоящему, он её отпустит. Он должен понять… Давайте, я ему письмо напишу?! Я ему всё объясню. Я сумею.

– На каком языке? – Гурьев не захотел сдержать невесёлой улыбки.

– In English, – по-английски ответила Даша после короткой паузы. И медленно, но твёрдо продолжила: – I do not speak very well, but I can read and write much better. I simply had no opportunity to practice enough. And now, – perhaps I would have one [27 - Я не очень хорошо говорю, но пишу и читаю гораздо лучше. У меня просто не было никакой возможности практиковаться в достаточной мере. А вот, – может, появится (англ.)].

Интересно, подумал Гурьев, сколько ещё сюрпризов она мне преподнесёт? Явно не только сегодня.

Конечно, акцент довольно жутковатый, но все вспомогательные глаголы, времена и предлоги на месте. Ах, как это радует.

– Меня папа учил. И сама училась. И по-испански тоже, – Даша опять вскинула подбородок: – А как его зовут?

– Эндрю.

– Я на неё похожа? Хоть немного?

– Почему ты спрашиваешь?

– Потому что вы так на меня смотрите. Особенно. Вспоминаете кого-то, кого видели очень-очень давно. Её? Или ещё кого-то? Другого?

Этого просто не может быть, твёрдо решил Гурьев.

Не может быть такого, и всё.

– Нет. Совсем не похожа. Ты очень красивая девушка, Даша, – но совершенно другая. – Гурьев не собирался сегодня углубляться в детали – кто на кого похож и что всё это значит. Пусть будет пока так.

– А сколько ей сейчас лет? Она… намного вас старше?

– Мне тридцать. А ей скоро исполнится тридцать два. В сентябре.

– Так это не её сын… Брат? Младший брат?

– Да.