Антибункер. Погружение

Дед в дутом пуховом жилете и бабка в вязаной кофте поверх длинного платья.

Ничего, как-нибудь объяснимся, лишь бы люди оказались вменяемыми. Невысокий дедок, облокотившись на забор, наблюдал, а старушка протянула руку к косяку двери, возле которого и стояла. Ого! Да у неё ружьё, двустволка горизонтальная!

Мне показалось, что я увидел, как бабуля взвела курки.

– Вам тоже здравствуйте. – Я поправил кепку.

И тут случилось в высшей мере странное – дед поднял над головой обе руки и скрестил их над головой, словно изображая оленя в танце «Хейро».

Пришлось мне растеряться второй раз. Что это значит?

Старушка, отставив ружьё в сторону, тоже скрестила руки. Они сумасшедшие?

– Все мы хороши, – буркнул я и в точности повторил жест.

Дед посмотрел, вытащил из штакетника топор, которого я не заметил, и что-то сказал супруге. Совещание длилось несколько секунд, после чего хозяин помахал мне рукой. Уже обычно, подходи мол, добрый человек, не бойся.

Будет интересно, народ тут, вижу, специфический… Мне вспомнились слова из песни воинов добровольческой армии Антонова: «Я достану свой обрез, и сбежим с братаном в лес».

Несколько лет назад я на Енисее бизнесом занимался, товары возил по посёлкам, так что людей речных знаю, насмотрелся.

Что делаем, Лёха? Вздохнув невесело, глянул я на свои позорные калоши, поправил пончо и начал движение.

Глава 2

Знакомство с обстановкой

Отличное начало лета, нечего сказать. Новые знакомые, новые впечатления.

– Документ не спрашиваю, понимаю, – предупредил дед с сочувствием в голосе.

 – Откуда у такого пациента документ возьмётся… Эх, Зина-Зинуля, не поставила ты верный диагноз, оплошала. И нас смутила.

Я чувствовал себя довольно глупо в идиотском пончо, калошах с выглядывающими наружу полотенцами, небритый и немытый.

– На судне документы остались.

– Бывает такое с людьми… А что за пароход-то был? – сразу уточнил старик. На северах частенько все речные суда называют пароходами. Капитан бесится, настаивая, что управляет современным дизельэлектроходом, а не лоханкой из прошлого века, но никто его не слушает.

Пароход, и всё тут.

Вопрос застал меня врасплох. Только сейчас я понял, что всё это время старался не вспоминать о деталях своего драматического путешествия по реке.

– Э… Зараза, «Кисловодск»! Сухогруз-контейнеровоз.

– Знаю-знаю! Видел, как же. Зелёный такой. Что ж ты стоишь, как на докладе, садись-ка на колоду, небось и самого ноги не держат.