Кром. Книга первая

Следопыт вздернул бердыш – с широким замахом ссадил с седла вершника, зацепил по спине другого. Волод закрутил палашом, всадники взяли их в круг, стегали веревками, пытаясь захлестнуть туловище или шею, или руку. Откуда-то со спины взлетела сеть – накрыла Ичана, Волод успел упасть, откатиться, резанул частые ячейки. Сеть натянули, потащили тяглами, Ичан упал. Двое степняков спешились – Волод прыгнул им навстречу, они не ожидали, один поймал палаш грудью, другой отпрыгнул. Ичан уже рвал сеть.

– Проклятье! Они слишком сильны! УБЕЙТЕ!

Воздух взвыл от сабельных хлыстов глузгов.

Волод отбивался палашом, но гибкие степные клинки словно огибали его сталь – две кровавые полосы легли на плечи.

– Отойди! Дай мне! Я – башня-а-а! – от дикого рева Ичана глузги отпрянули, но снова бросились вперед.

Бердыш летал как невесомое перо. Волод вспомнил, как медлителен был Ичан, когда они играли в «раздор» – сейчас ничего подобного. У степной сабли бердыш выигрывал в длине и в мощи – и не проигрывал в скорости.

Следопыт сек и кромсал бойчаков, и конных, и пеших – пронзительно визжал порубленный тягл, катилась срезанная голова, за лезвием летел шлейф кровавых брызг, степняки валились с седел, перелетали через головы подсеченных тяглов. Ичана хлестали со всех сторон, но он казался неуязвимым.

Тут проявился Джилька.

– Лови, хозарь! Я не умею…

Волод обернулся, поймал брошенный Джилькой самострел – то, что нужно! Болты пошли поверх Ичана в конников. Один, другой. Джилька был уже верхами, погнал тягла грудью на всадников, раскручивая кистень.

А самострел бил и бил – добротная городская работа – его скорострельность степнякам казалась сказочной. Последнего Волод снял уже в спину, убегающего.

Остался только таимник.

Ичан двинулся на него.

– Оставь! – Волод задержал следопыта. – Оставь его.

Ичан застыл, резко выдохнул, медленно, медленно с его лица сошла гримаса яростного безумия. И боли… Развернулся, пошел к тяглам.

– Я не буду с тобой силиться, – бросил таимник.

 – Убей меня так.

Волод покачал головой.

– Ты же говорил, что сильные сами прокладывают свой путь. Думаю не мне прерывать твой.

Таимник молчал, сидел в седле неподвижно и неестественно прямо.

– Я не отказываюсь от своих слов, я все расскажу в Городе. – Волод вытер палаш о пучок травы, спрятал в ножны. – Уходи и прими мою благодарность. Если сможешь.

Таимник отвел глаза на краснеющий восток.

– Вся Степь встанет теперь против вас. Вся Степь.