Извлекатели. Группа «Сибирь»

Изначально категория lux более подразумевала ограниченность предложения, чем труднодоступную дороговизну. Но со временем понятие сильно размылось, включив и настоящий luxury-сегмент, и премиальные продукты массовых брендов, и массовые продукты премиум-брендов. Надпись lux и цена чуть выше среднего перестали быть показателем исключительности, став предметом маркетингового позиционирования. Так возник псевдолюкс для псевдоэлиты, как всегда, путающей ценность статуса с высокой стоимостью в баксах.

Тем не менее, настоящий люкс существует, хотя большинство марок истинного люкса просто не известны рядовому потребителю, не являющемуся целевой аудиторией.

Такие бренды, в данном случае, целые группы товаров, изначально ориентированы только на тех, кто заинтересован в покупке действительно эксклюзивных вещей. И далеко не всегда по заоблачным ценам. Просто этого нет в свободной продаже, эти вещи и услуги практически невозможно купить человеку со стороны, даже если у него много денег. Возможность покупки сознательно ограничена. Если luxury-магазин всегда рад покупателю – это обычный масс-маркет с дорогим отделом.

Граница между premium и luxury проходит не по банковским счетам. Если первое означает «высокий доход покупателя», то второе – это «принадлежность к узкому кругу». Так что по-настоящему люксовые часы особой сборки на запястье президента страны – это не про цену, а про «только для первых лиц». Ограничения в виде особой предварительной записи, штучных рекомендаций или исчезающе малого количества самого продукта создаются не указами правительства, а самой философией бренда.

Здесь тоже хватает представителей элиты, всегда готовой брякнуть что-нибудь насчёт не умеющего жить и работать быдла, читай, всех остальных. Но эти никогда не оправдываются перед обществом и не берут слова обратно. А оскорблённые не накидываются на них в соцсетях. Быдло? Ну и что, люди уже привыкли, они живут своей жизнью, читают про капризы элиты в жёлтой прессе, и не считают себя быдлом, стараясь отбить термин в сторону соседа – вот он, неудачник.

Здесь элита уже настоящая, сословная, откровенно безжалостная.

В торце зала видна дверь, ведущая в помещение поменьше, где это таинство приобщения к элитному нарезняку и происходит. Теоретически, можно зайти и поглазеть. Но противно.

В качестве смягчающей такое неравноправие меры обычный охотник может приобретать гладкоствольное оружие по существенно упрощённой процедуре, такой уступке можно только позавидовать.