Легенда. Средь сонма звёзд

– Это не просто сердечки, – оживлённо протрещал он, подёргиваясь пружинкой. – Они особенные. Возьмите веточку.

Женская, мужская и детская руки, взяли веточку с крупными ярко-оранжевыми листьями. Какой-то миг ничего не происходило, но вот появилось три бутона. Наливаясь красками, быстро разрослись и раскрылись ярко-алыми цветами. В самом центре, пульсируя и переливаясь, виднелись небольшие сердечки. Собрав цветы, лавочник извлёк сердечки, и каждое надел на тонкую золотую цепочку.

– Это ваше, – сказал он, подавая одно Александре.

 – Это вам, а вот и твоё. Они особенные! В них заключена сила ваших сердец. Сияние показывает все ли в порядке с близкими, здоровы ли, печалятся или радуются. Вы всегда будете знать об этом.

– Благодарю, – сказала Александра, когда Дарий повесил цепочку на шею и застегнул замочек.

– Поверим на слово, – Дарий протянул пару монет.

– Сердечки с Алевии никогда не лгут, – почему-то обиженно ответил лавочник.

– С Алевии? – переспросила Александра, разглядывая сердечко.

– Да, с Алевии. Некогда сказочная планета в созвездии Северной Росы, ныне покрыта пеплом и руинами…

– Очень жаль.

– Да, но прошлого не вернуть. От удивительной культуры сашлеров мало, что удалось сохранить.

– Алевия, – задумчиво повторила она, отходя от лавки и беря за руку Радомира. – Кажется, это планета где пропал Одир?

Лицо Дария помрачнело. Опустив голову, он сделал вид, что не услышал вопроса. Почувствовав напряжение, Александра коснулась его плеча.

– Знаю, мы договорились это не обсуждать, но…

– Ал, у меня нет желания говорить сейчас об этом.

Война на Алевии не принесла ничего кроме смертей – ни победы, ни наград, ни мира.

Перед внутренним взором Александры возникло обветренное, уставшее мужское лицо. Длинные растрёпанные волосы, пышные чёрные усы. Образ колыхнулся и растворился в пустоте. Глубоко вздохнув, она огляделась и попыталась мысленно уцепиться за ускользающее видение, но тщетно.

С минуту Радомир рассматривал полученное сердечко, но тут внимание привлекли громкие аплодисменты и детский смех.

На маленькой лужайке, примыкавшей к пруду с жёлто-белыми звёздами лотоса, расположился детский театр. Окружённый плотным кольцом детворы, сидевшей прямо на траве, в центре стоял невысокий щуплый старичок, одетый в разноцветный длинный халат. Висящие в воздухе фонари освещали публику, создавая таинственную игру теней, а выше, на фоне темнеющих небес, светились образы представления.