Галактический протекторат

4

Когда они вдвоем вышли из дверей расположенного в здании космопорта полицейского участка, парень быстро поймал взгляд ярранца, улыбнулся, и забросил рюкзак за спину. Это движение сказало Урширу о его госте еще больше. Хорошо двигается.

Старый ярранец улыбнулся в ответ.

– Итак, наконец, мы можем познакомиться.

Они произнесли слова приветствия одновременно.

Памятуя земные обычаи, Уршир протянул парню правую руку и представился.

Тот улыбнулся и слегка поклонившись, ответил на рукопожатие. Улыбка гостя Урширу тоже понравилась.

– Данила Одинец.

– Очень приятно. Вы впервые на Ярре?

– Да.

Глядя в приветливо прищуренные глаза ярранца, Данька вдруг расслабился. Напряжение, скручивавшее его в жгут последние несколько недель, возросшее после стычки в космопорте и допроса в полиции, вдруг отпустило. Он подумал, что самое сложное всегда – этап решения и этап планирования. А когда всё расставлено по местам и приходит время просто делать то, что нужно, все тревоги убегают прочь.

– Ваш багаж?

– Только рюкзак.

– «Путешествующий налегке…», – начал фразу ярранец.

– «…вместе с легкостью шага сохраняет и легкость мысли», – закончил цитату Данька и, глядя в вертикальные зрачки ярранца, пояснил: – Я готовился к поездке.

– И это вызывает уважение, – кивнул Уршир. – «Листья небесных ветвей» полезно знать и юноше с другой планеты, и такому старику как я… Вы голодны? Я хотел бы угостить вас.

5

Поднявшись на одном из лифтов на первый уровень ветвей, они устроились за столиком у застекленного окна.

Кафе, расположенное рядом с космопортом, старалось угодить гостям разных рас, что неизбежно создавало неразбериху в меню. По совету ярранца, Данька заказал хорошо прожаренный кусок мяса, и зеленые листья какого-то местного растения в местном же ореховом соусе. Пиво одного из бесчисленных сортов Ярры, было терпким и в меру холодным. Уршир от еды отказался и потягивал воду из высокого стакана.

Покончив с едой, Данька спросил:

– Вас наверное часто донимает пресса с расспросами о Яре Гридневе?

– В общем-то нет.

Если я не хочу видеть подобного интервьюера, его просто не пустят на планету, еще на стадии получения визы. Или если он приедет как турист, а потом явится ко мне без спросу, его депортируют.

Помолчав, он отстраненным тоном произнес:

– Яр Гриднев принес себя в жертву. Он был прислан к нам как шпион, хоть и не помнил этого. У него не было памяти и прошлого, но он стал моим сыном и настоящим «кеху».