Орбитальный драйв

Точнее бродила по его губам кривая мальчишечья ухмылка, которую по молодости лет считают отличным методом замаскировать плохое настроение.

– Привет, бледнолицый.

Данила молча улыбнулся и кивнул.

Когда их лошади поравнялись, он тронул с места своего коня, и они поехали рядом.

– Проводить приехал?

Смеющийся Волк кивнул.

– Так ты ж не зашел попрощаться.

– Извини. Вы все спали.

– Так ты и ждал, пока все заснут. Ты ж не сегодня ночью решил уехать.

Теперь кивнул Данила.

– Не сегодня. Накануне.

Они помолчали. Копыта лошадей постукивали по сухой предзимней земле, навевая сон. Порывы прилетавшего с гор ветра словно гребнем расчесывали теряющие цвет осенние травы прерии.

– Отец говорит, что ты из тех, кто никогда не останавливается на одном месте.

Данила пожал плечами.

– Это не всегда зависит от человека, Смеющийся Волк.

– Отец считает, что это оттого что ты воин. Среди нас такие были раньше. Когда у человека погибает всё племя, и он остается один, он становится тем, кто следует за войной.

– Я всегда считал, что он берет в жены прекрасную девушку и старается сделать всё, чтобы возродить своё племя, – усмехнулся Данила. – Разве нет?

Смеющийся Волк серьезно покачал головой.

– Не всегда. Отец говорит что начавшему убивать… убивать врагов, убивать даже из самых лучших чувств – для защиты своих, или из мести… Отец говорит что остановиться очень сложно.

Данила перестал улыбаться.

– Почему?

– Начавший убивать может потерять часть души. Это происходило даже с великими воинами прошлого.

Данила почувствовал, как по позвоночнику словно пробежали холодные пальцы. И очень надеялся, что молодой индеец этого не заметил.

– Я не воин. – Сказал Данила максимально обыденным голосом. – Я обычный турист. Я…

Смеющийся Волк осклабился.

– Считаешь, кто-то в городе верит, что те браконьеры погибли в результате несчастного случая?

– У полицейских не было сомнений в том, что те туристы… занятия браконьерством которых, кстати, так и не доказаны…

Юноша зло усмехнулся.

– Но об этом все знали. Как и о прочих их делах. Просто никто не мог ничего доказать.

– …И, тем не менее, полиция признала аварию их флаера совершенно случайной.

Усмешка вновь пробежала по губам Смеющегося Волка.

– Ты думаешь, я не видел, как ты тренируешься по утрам? А ножи и томагавки на празднике урожая ты метал так, словно занимался этим всю жизнь.

Данила пожал плечами.

– У всех есть свои странные увлечения.